На первых порах во время практики возможно у вас вдруг будут дрожать руки, ноги, торс и все тело. Иногда дрожь будет ужасной — не пугайтесь, не волнуйтесь — это ничего, ничего вам не будет. Это результат спонтанного сокращения мышц под влиянием новой праны, новой нервной стимуляции. Помните, что в результате очищения нади в процессе садханы у вас сейчас формируются новые нервные потоки и время от времени по телу могут проходить судороги. Порой тремор может наблюдаться весь сеанс медитации — это результат того, что в ходе медитации в мозг поступает прана из туловища.
Это дрожание не есть что-то неприятное или болезненное, просто ваша прана поднимается. Если вы во время кумбхаки делаете задержку во время пранаямы, энергия поднимается снизу и словно делает вас подбросить, и тело сотрясается. Это не то, что оно сотрясается, вам кажется, что вам самому хочется трястись — это происходит под вашим контролем. А когда тело в падмасане начинает подпрыгивать во время кумбхаки — это начало того, что называют дардри-сиддхи или бхучари-сиддхи (сила прыгучести как у лягушки), хотя до прыгучести еще далеко.
В начале вы просто подпрыгиваете во время кумбхаки в падмасане — это знак того, что ваша энергия пробудилась и она поднимается вверх. Бывает, человек практикует пранаяму, потом начинает подпрыгивать, кататься, ему это уже надоедает, уже вместо пранаямы начинается подбрасывание. Просто энергия, еще каналы не широкие, они не очищены, и энергия поднимается. Это не есть болезненное состояние — это подъем энергии через узкие каналы. Когда каналы расширятся — это исчезнет или энергия войдет в сушумну, но если вы снова начнете активно заниматься пранаямой — это снова возобновится.
Не прекращайте медитацию, вам придется пройти через все эти стадии. Когда так происходит — вы только растете, вы прогрессируете. Продвигайтесь в прежнем темпе, будьте жизнерадостными, вы получаете помощь изнутри от антарьямина (внутреннего управителя), от сакши (внутреннего свидетеля), от куташтха-пратьягатмана — это все новые ощущения.
Во время медитации к некоторым людям приходит вдохновение, и они пишут прекрасные стихи. Если поэтическое вдохновение посетит вас — записывайте. Приступы дрожи во время медитации особенно часто случаются тогда, когда прана замедляется и внешнее дрожание заставляет ум отвлечься от своего союза с Господом и спуститься на уровень физического сознания. Ум делается очень тонким в процессе медитации и мышление тоже развивается.
Огни во время медитации
Во время медитации вследствие концентрации вы будете наблюдать различные световые эффекты. В начале возникает яркий белый огонек размером с булавочную головку в точке трикути между бровями, которая приблизительно соответствует аджна-чакре астрального тела. Закрыв глаза, вы будете наблюдать различные огни, вспышки наподобие молнии, либо словно пламя пылающего угля, либо словно свет светлячка, луны, солнца, звезды. Эти огни возникают в ментальном пространстве чидакаши — все это танматрические огни. Каждой танматре присущ свой особый свет.
На что указывают эти знаки? Это указывает на то, что ваши праны: апана, прана, самана, вьяна, удана начинают входить в сушумну, наполнять сушумна-нади. Вы воспринимаете танматры, присущие каждому элементу. Когда эти праны больше начнут входить в сушумну, вы начинаете воспринимать сияние, свет и мудрость, присущие каждой пране. Одновременно вы начинаете быть более осознанными в том плане, в котором больше действует та или иная прана. Прана действует в бодрственном состоянии, апана в состоянии сна со сновидениями, самана в состоянии сна без сновидений, удана в состоянии турья и вьяна в состоянии турьятита. Ввести прану в сушумну означает обрести силу осознанности на том или ином плане сознания.
Чаще всего наблюдается желтый и белый свет. Очень редко встречается красный и синий, нередко комбинация белого и желтого. В начале перед мысленным взором летают маленькие шарики белого цвета. Если вы их наблюдаете на начальном этапе — не сомневайтесь, что ваш ум делается более устойчивым и вы делаете успехи в концентрации. Через несколько месяцев шарики увеличатся в размерах, и вы будете наблюдать интенсивное сияние белого цвета ярче солнца.
Поначалу эти огни не стабильны, они появляются, а потом сразу же исчезают. Они, мерцая, вспыхивая сверху либо сбоку, пробуждают специфическое чувство сильнейшей радости и счастья. У человека возникает сильное желание видеть эти огни снова и снова. Если вы систематически практикуете медитацию в течение двух-трех часов, эти огни появляются все чаще и сохраняют стабильность все дольше.
Наблюдение этих огней очень поощряет к садхане. В человеке пробуждается стремление заниматься медитацией упорно. В нем зреет твердая вера в реальность вне материального мира. Появление огней указывает, что вы выходите за пределы физического сознания. Когда появляются огни — это означает, что вы пребываете в полусознательном состоянии. Вы между двумя уровнями мироздания. Не следует двигать телом, когда появляются эти огни. Надлежит сохранять полную неподвижность в своей асане, а дышать нужно очень-очень медленно.
Кто умерен в пище, кто контролирует свой гнев, кто избавился от тяги к обществу, кто подчинил страсти, кто превзошел все пары противоположностей такие как жар, холод, кто преодолел эгоизм, кто никого не славословит и ни от кого ничего не берет — такой человек во время медитации обретает треугольник перед лицом.
Иногда во время медитации вы будете наблюдать яркий ослепительный свет. Вам будет трудно смотреть на него, возникнет желание отвести свой внутренний взор от этого света. Этот ослепительный свет лучится из сушумны в вашем сердце.
Вы увидите фигуры двух типов: сияющие образы деват и физические образы. Вы увидите своего ишта-девату или девату-охранника, девату-проводника в нарядной одежде, расшитой драгоценностями, с гирляндами из цветов, с четырьмя руками, держащими оружие. Вам также будут являться сиддхи, риши и так далее, чтобы поддержать вас, и еще вы увидите многочисленных девов и небесных дев с разнообразными музыкальными инструментами в руках. Вы увидите прекрасные цветущие сады, роскошные дворцы, реки, горы, золотые храмы, пейзажи, настолько прекрасные и живописные, что не описать словами.
Не то важно, что именно вы увидите, а важно состояние ясности, расширенности ума, в котором вы будете пребывать как видящий. Другой вопрос — важна бхава, в которой вы будете пребывать как переживающий, и важна чистота, саттва тех видений, которые будут возникать. Не так принципиально, сколько у божества будет голов или какие у него будут украшения, но будет важна бхава и уровень чистоты саттвы, которая будет в данном божестве. Также ваша бхава, в которой вы будете воспринимать это божество, как переживающий.
Иногда во время медитации вам будут являться сильнейшие ослепительные огни ярче солнца. Белые огни поначалу они будут меркнуть довольно быстро, затем станут более стабильными, оставаясь неизменными от десяти-пятнадцати минут до получаса в зависимости от уровня концентрации. Для тех, кто сосредотачивается на трикути (пространстве между бровями) — этот огонь является перед лбом в области трикути, а если человек сосредотачивается на макушке в области сахасрара-чакры, тогда огонь является на макушке.
Порой этот огонь настолько интенсивен и ослепителен, что вам приходится прекратить смотреть внутрь себя и вы прерываете медитацию. Некоторые люди пугаются, они не понимают, что им делать и как двигаться дальше. Когда они обращаются ко мне за наставлениями, я объясняю, что они столкнулись с новым ощущением, какого не переживали прежде. В результате регулярной практики, погруженной в сосредоточение, ум привыкнет ко всему этому и страх уйдет. Я прошу их не прекращать практику.
Некоторые люди сосредотачиваются на сердце, некоторые на трикути, а некоторые на макушке — это вопрос вкуса. Контролировать ум проще всего, сосредоточившись на трикути.
Звуки анахаты
Звуки анахаты — это мистические звуки, которые слышит йогин в начале медитативного цикла. Данное явление называется нада-анусандхана или исследование мистических звуков — это признак очищения нади или астральных потоков, которые происходят в результате пранаямы. Звук анахаты также называется омкара-дхвани, он возникает вследствие вибрации праны в сердце.
Божественная анахата-шабда всегда присутствует в каждом живом существе. Прилежная практика позволяет йогину услышать этот внутренний голос. Обычно это происходит, когда он сидит в удобной асане под конец какого-нибудь киртана, джапы, медитации на образ Господа, когда ум обращен к бесконечности и все другие беспокойные волны мысли об объективном внешнем мире уже утихли.
Садхака закрывает уши большими пальцами, закрывает глаза, всецело направляет внимание в сердце и слушает в состоянии предельно бдительного осознания. В данном случае слушание не означает попытку расслышать звук при помощи какого-либо иного инструмента, иного чем оно само. Если есть достаточный уровень концентрации — успех гарантирован. Концентрацию обеспечивает только чистый ум и интеллект. Очищение ума и интеллекта осуществляется посредством регулярного ежедневного киртана, джапы и дхьяны, сатсанга и нишкама-кармы — действия без ожидания его плодов.
Итак, сейчас мы почитаем опыты монахов, практиковавших в нашей сангхе предыдущие 15-20 лет.
Опыты монахов сангхи
Семь дней аскезы и высших состояний сознания
«Во время очередного трехмесячного затвора монахи должны были провести семь дней интенсивно медитируя, а мне не довелось принять в этом участие. Поэтому я решила, что обязательно проведу семь дней без шавасаны и стала к ним готовить свое сознание и тело. Не просто, чтобы сидеть под стенкой, дала обет в течение всего ритрита не прикасаться к стене, а именно, чтобы это была концентрированная и полноценная практика, чтобы и днем соблюдать расписание и продлить ночью медитацию в бодрственном состоянии.
В конце трех месяцев я приступила к этим семи божественным дням. Это было неописуемое время. Три дня пролетели очень легко, затем стало тяжеловато, так как тело иногда в медитации клонило в сон, особенно если закрывала глаза. Приходилось делать очень много техник по 6-7 часов, сколько позволяло дневное расписание. Бегать иногда до полутора часов в день, читать жизнеописания святых, особенно вдохновляли Сюй-Юнь «Порожнее облако» и Миларепа, их подвижничество читалось каждый день. Несколько раз, конечно же, я упала, так как ноги были обвиты поясом для медитации.
Так однажды во время падения я почувствовала, что мне кто-то помогает, какие-то незримые сущности меня подняли. Этот момент был очень быстрым, и я не смогла их увидеть, только слышала, что они говорили и возились со мной. В другой раз передавалась техника дыхания, тем не менее сознание было очень бодрым, четким и ясным.
Это стало проявляться в видениях, где я видела себя идущей по вертикальной лестнице прямо вверх в небо. Внизу видела и других монахов, старающихся усиленно практиковать и подниматься вверх. Конечно, это не великая аскеза — не спать всего семь дней, но очень хотелось испытать то состояние, в котором находятся святые, которые могут поддерживать бодрствование в течение всех суток. Все последующие дни было ощущение горения, будто бы тебя насквозь пронизывает неустрашимый дух, стремление идти вперед и показать самому себе, на что ты способен, что ты представляешь как практик, уважаешь ли ты свой выбор, насколько сильна твоя вера в Гуру, Дхарму и сангху на деле.
Также было очень много опытов астрального тела. Я увидела огромных размеров божество — это был Натараджа. Он находился в пространстве, которое переливалось и клубилось разными цветами: лиловым, фиолетовым и сине-черным. Было очень завораживающее видение. Через некоторое время это пространство я видела уже из Натараджи. Пришло осознавание — я есть Натараджа.
Затем проявилось кармическое видение, но это накладывалось на него, я — Натараджа. Перед мной находилась матаджи необычной внешности, она была очень величественная и грациозная, на голове у нее была корона. В одно мгновение я оказалась сама ею, все лицо и руки переливались разными цветами радуги, всеми нежными оттенками. Затем я посмотрела вниз и увидела, что и одежда, состоящая из радуг, также переливается и колышется как живая. Затем я наклонилась, перед мной на коленях находился мужчина, также состоящий из радуг.
Несколько раз были видения миров супертехнологий. В одном мире полы были полностью прозрачные, так что было даже страшно ходить по ним, было видно все, что происходит внизу. Кровати-массажеры, различные телевизоры, состоящие просто из тонкой прозрачной пленки. Чувствовался очень высокий уровень культуры и чистоты. В другом мире дома состояли из надувных отсеков, вдоль всего побережья на море просто был нескончаемый тоннель белого цвета, в котором находились места обитания жителей этого мира. Здесь было устройство, которое было обычным для этого мира, аппарат, который мог соединить с любой точкой вселенной, как с подводной лодкой, так и с летательным аппаратом на других планетах».
Астральные путешествия и осознанные сновидения
«Однажды я оказалась перед домом, который был серебряного цвета и очень современной постройки. Сразу обратила внимание, что это не в нашем мире. Затем в стороне увидела группу людей в серебряных одеяниях, а они увидели меня. Внутри что-то сработало, нужно исчезать. Рядом оказался лифт, я зашла в него, но дверь не закрывалась, так как в дверь был послан предмет, который вращался и не давал ей закрыться. Вдруг у меня появилась очень сильная воля и концентрация, и силой мысли смогла закрыть дверь. Внутри лифта был столик буфетный и очень необычного вида прасад, но очень божественного вкуса. Через мгновение я оказалась в теле.
В другом видении я открыла книгу и, просто читая ее текст, могла материализовывать то, о чем я читала. А в следующем, когда выполняла каты из карате, видела, что моя нога удлинялась до невообразимых размеров.
Были видения с осознанием — это сон. Я оказалась наедине с мужчиной, он стал заигрывать со мной, я подошла к нему, прыгнула на него, обхватив его как обезьяна ногами, и сказала: «Это сон», — и тут же все исчезло. В следующий раз я шла мимо стройки, и вдруг со всех сторон на меня стал сыпаться песок: слева, справа, спереди, я повернулась назад и там засыпало. Вдруг в сознании как молния пронеслось: «Это сон», — и тут же я стала подниматься величественно в воздух, паря в пространстве.
Однажды я оказалась перед горой, которая вся утопала в зелени. Было очень четкое ощущение: «Я в астральном теле». Затем увидела груду камней, которые образовывали ступу очень большого размера. Мелькнуло в голове: «Это стопа Шивы». Через год в ашрам приехал один прабху, который был в Индии, он показывал фотографии, и на одной из них была именно эта стопа».
Даршан Гуру и переживание единства
«В монастыре был монах, который очень хотел посетить Индию, побывать в Рама-ашраме, получить даршан Махарши. Как-то он упомянул это в разговоре. В этот же день в медитации все пространство вокруг изменилось, было видно, что ни один из предметов не имеет четкой формы, которую мы привыкли видеть. Все очертания были как бы размытыми и переходили одно в другое. Было ощущение, что все единое пространство, что все вокруг — стены, предметы в комнате и даже я — было единым целым. Мы перетекали друг в друга.
Быстро в сознании пронеслось: «Это и есть даршан Раманы». Постепенно это ощущение стало проходить. Позже появилась мысль, что в тот момент можно было бы пройти через стену, что это и есть то состояние, о котором говорят святые: «Все едино, все единое целое, неотделимое друг от друга». После медитации я подумала: «Зачем куда-то ехать, если ты веришь в Гуру, Гуру-парампару, учение, святых и махасиддхов, то ты можешь все получить, не сходя со своего коврика для медитации, стать единым с этим одним целым».
Однажды Гуру передавал монахам инициацию. После вместо Гуру я увидела большой золотой трон, на котором восседал Нарасимха в блестящем сине-фиолетовом одеянии.
В Москве должен был состояться семинар, на который мы и отправились с Гуру. В поездках мы обычно не тратим время, всегда есть и чтение священных писаний, и комментариев к ним, самоосвобождение, высказывания великих святых и многое другое. Так мы начали читать упанишады и затем их комментировать по очереди. Читался текст «Мандукья-упанишада», и Гуру сам стал комментировать. Его голос и вибрация заставили сконцентрироваться на смысле того, что он говорил. Я почувствовала, что внешние объекты стали исчезать, а мое сознание с невероятной скоростью углубляется и по ощущениям стало тянуть высоко вверх.
Я закрыла глаза, мое сознание утонуло в этой бездне. С муладхары с быстрой скоростью стала подниматься энергия. Голова запрокинулась назад и билась о стену вагона, но это было настолько незначительным, что я этому даже не придала значения. В какой-то момент дары стали сильнее, потому что почувствовала, что Гуру провел рукой в районе аджна-чакры. Я показала, что все нормально, ситуация под контролем, на что Свами ответил: «Можно и стену, вагон разбить». Это длилось приблизительно около 2-3 часов. Мне все время казалось, что поддержка Гуру внутренняя, как будто он мне незримо помогал. Когда я была уже полностью обессилена, я провалилась. Увидела в видении мурти Кришны, христианские иконы и еще лики каких-то святых».
Видения астрального тела и единства
"Ом, однажды я проснулась и замерла от неожиданности — и было от чего. Внутри моего тела кто-то другой выполнял медитацию чандали с явной охотой и удовольствием, в то время как у меня не было этого даже в мыслях. Позже я поняла, что это делает астральное тело, но удивление было в том, что мои оба тела были осознанными.
У монахов шел ежемесячный семидневный ритрит, я зашла в помещение, возвратившись с чанкраманы. Один из монахов выполнял асаны, но вместо него его тело был слон — самый натуральный с хоботом, с большими ушами, и пока я проходила рядом, видение не менялось. Позже, повернувшись, увидела, что видение исчезло.
В одном из видений я увидела божеств как в буддийском пантеоне с большими глазами и открытыми ртами, длинными ушами — их было шесть или семь. На каждом было ожерелье, я стала ходить между ними. Увидев драгоценность на шее у одного, стала приглядываться к другим — оказалось, что у всех у них одинаковые. Появилось понимание, что с виду мы все разные формы, но суть одна и между нами нет различий, что для Бога все мы равны".
Переживание недвойственности
«Ом, это одно из наиболее ярких переживаний, которое было получено мной в ритрите. Оно очень сильно перевернуло мое мировоззрение и отношение к духовной практике, тем самым приоткрыв дверь к запредельному уровню осознавания, созерцательному недеянию пребывания в естественном состоянии за пределами концепций.
Выполняя техники раздела шакти-янтры, внезапно меня охватило неописуемое чувство восторга и ликования, из глаз хлынули слезы. Это было настолько неожиданно, что ум оказался неспособным интерпретировать это состояние — что-то сильно рвалось из груди. От нахлынувшего на меня с огромной силой потока радости хотелось вскочить и завопить. Очень сложно передать это состояние словами.
В тот же момент мир как-то сразу изменился, я был уже не я — я был всем и все было мной. Возникло ощущение, словно мириады вселенных и миров находятся внутри меня, сотворены и полностью контролируются мной. Это произвело настолько сильное впечатление, что первая мысль, которая появилась, было сильное недоумение: «Зачем я разыграл этот спектакль?! Ведь я — это все, и мне ничего не нужно, и я был всем».
Этот нарастающий с невообразимой силой экстаз полностью поглотил меня. Желание выразить это состояние было так сильно, что с трудом поддавалось контролю. Возникло неприятие двойственности и обусловленности, я сам освобождал всех и все. Все казалось какой-то мрачной клеткой, в которой я находился до этого все время. Радость свободы была безграничной, тотальной, все поглощающей. Пришло глубокое понимание того, что нет ничего ценнее, чем поддержание и углубление этого состояния осознавания, что это и есть наша подлинная сущность. Сразу практика методов показалась мне чем-то ограниченным, хотелось сталкивать это новое состояние с любыми ситуациями в быту, в служении и укреплять и углублять его.
Эта вспышка в осознании оказала на меня настолько сильное воздействие, что у меня не осталось никакого сомнения в том, о чем говорили великие святые и махасиддхи, указывая в священных текстах и песнях, откровениях на нашу изначальную природу: «Тат Твам Аси» («Ты есть То»)
Благодаря милости Гуру и вере в Три Драгоценности мне удалось прикоснуться к такому состоянию сознания, в котором нет места никаким двойственным состояниям ума. Это безопорное сознавание, превосходящее все. Это бездна, в которой исчезают мысли, эмоции, страсти, неудовлетворенность, сомнения. Ты твердо знаешь: созерцание — твоя высшая цель, созерцание — твой единственный путь, созерцание — твой великий обет, что бы ни происходило — созерцай.
Все остальное просто меркнет перед этим — все цели, планы, надежды, страхи, цепляния, все обесценивается перед этим бесконечным пространством. Пребывая в таком осознавании всевышнего Источника, монашеская жизнь — это непрерывный праздник, экстаз, спонтанный творческий танец бытия, игра божеств на благо всех живущих. Что может быть чудеснее? Лишь раз ощутив дыхание духа беспредельности, никогда не останешься прежним».
Тёмный ритрит и открытие сострадания
«Сейчас я расскажу о нескольких опытах из ритрита. Сам ритрит я уже описал вкратце на былинный манер, но как это выглядело в формах и отражениях, видимо, расскажу по пути. Если кто хочет мистических опытов, ему нужно в темный ритрит. Только обязательно нужно получить благословение у Гуру насчет этого — готовы ли вы к нему. Например, готовы ли вы к промежуточному состоянию — это очень важно, потому что то, что обычно переживают после смерти, вы переживаете в темном ритрите. Так предупреждает Гуру, и так оно и есть на самом деле.
Сорок девять дней — обычный срок в промежуточном состоянии. Сорок девять дней — срок темного ритрита. За этот срок очень сильно меняется, углубляется и расширяется сознание, а это самое главное. Опыт зрелости духа — это то, ради чего происходят миллионы перевоплощений, и если опыт не приходит — круговорот продолжается. Зрелость души приходит, когда расцветает понимание самоотречения. Истинное просветление проявляется под жертвой самоотречения, как свет сострадания.
Я коротко расскажу вам о двух днях, проведенных в адах. Кто знаком с инициацией промежуточного состояния, знает, что в видениях и переживаниях присутствуют опыты всех миров. Это не то, что вы можете их пройти — вы их проходите и переживаете, и если ясность осознания не утрачивается, можно сказать, вы реально переживаете все в образах, в событиях и в состояниях.
В одной из первых недель ритрита, а в это время поверхностное сознание уже полностью отрывается, происходит погружение в мир образов всех уровней подсознания. Вначале было несколько видений гневных божеств. Появление гневных божеств можно узнать по дрожанию энергии в теле, которая идет с самого низу. У меня это происходит от самых пальцев ног. Когда это началось, я особо не обращал внимания на внутренние состояния, а продолжал интегрироваться и выполнять специальные наставления, полученные от Гуру, как сущностная инициация.
Мое тело трясло и корчило, кисти рук и ступни ног выкручивало, как будто вырастали когти, как при мутации оборотня. Веки и брови поднимались и дрожали, как в ярости, а я продолжал интеграцию под зверский оскал своего раскрытого рта — казалось, даже клыки выросли.
Одно из божеств летело на фоне темных скалистых гор и мрачного неба. На вид это была огромная птица метров пятьдесят в размахе, хотя точно не могу сказать. У нее было туловище орла и несколько голов (штук пять), шею же венчало ожерелье из оторванных голов. Это, наверное, классическое украшение, по которому можно узнать божество данного вида. Оно молча, бесстрастно летело над холодным пейзажем ущелья. Я же в яростной скрученной судорожной позе выражал ему почтение и, наблюдая без суждений, продолжал интегрироваться, принимая всю ситуацию как свое собственное состояние, отраженное на одном из уровней миров моего подсознания, а эти уровни уже явно были в области муладхара-чакры и ниже.
Пошли погружения в видения, в которых миры освещаются только огнями, рвущимися из земли, где свет исходит от взрывов, а в душах существ полная паника отчаяния. Потом пошли, видимо, самые нижние миры. Наверное, в писании о них сказано: «Тьма внешняя, где огонь, холод и только плач, и скрежет зубовный». Это миры кромешной тьмы, где присутствует только слабое отражение тусклого света. Это миры, полные муки для существ, в них находящихся. Нет даже плача — только боль, мука, стоны и звуки разрываемой плоти. Иногда проскакивает чей-нибудь зверский оскал с окровавленными изогнутыми клыками и с глубокими черными глазницами холодного бездушного взгляда. Вся поверхность сплошь усеяна телами, полными муки и боли вечной безысходности. Боль, хруст, темнота без надежды и просвета.
Моя интеграция привела меня к тому, что мне обязательно нужно что-нибудь сделать. Боль и страдания этих существ бессознательны, они просто насквозь состояли из нее, они даже не понимали, что происходит в ослеплении, но внутри моего осознания должно же быть какое-то средство, чтобы не погружаться в этот мрак бессознательного ада. Мне нужно было помочь им всем — всем этим существам, подобным червям, усеивающим железную землю. Эти животные с огромными, будто сильными смертоносными телами и окровавленными мордами, и клыками, и шипами — ведь и для них можно что-нибудь сделать.
Я чувствовал их как себя, а ведь я не могу быть просто так бесстрастно убивающим или в ярости и безумии разрывающим все, что встречается на пути. Не просто корчащимся бессознательно в муках. Если моя практика бесстрастна и холодна, то к чему тогда она? Если я просто наблюдатель, зачем мне такое зрение? Если сливаюсь с божеством, то мне нет необходимости его совершенствовать — оно и так совершенно. Но холод нижних миров может быть устранен, если растворить порабощенное неконтролируемое сознание в огне сердца.
Я попытался испускать лучи и сияние света чистой энергии, но для этих существ он подобен жутким ожогам. Они слепнут и издают визг, делая такие попытки бессмысленными. Потом я пытался распространять потоки покоя, изливая его на эти души — его было недостаточно, ведь ад бесконечен. Я вспомнил, что я забыл об интеграции, и для чего забыл, тоже понял. Тогда я просто сам вышел из своего тела — вышел как обнаженная энергия и начал собой заливать все пространство, не рассуждая. Теперь вся боль, судороги, ярость были моей сущностью. Я же все расширялся, полностью смешиваясь с такой неказистой сущностью этого мира. Мне не было смысла думать и размышлять.
Есть такая практика — передача света и сострадания и впитывание в себя чужих страданий. Это когда страдания всех существ берешь на себя. Я был распростерт всей душой на поверхности страданий и просто растворял в себе все эти сознания тысяч болей, тысяч мук, ведь это мой мир. Я интегрировался и расширял себя до бесконечности в этом пространстве, а мое тело в темной комнате там в ритрите уже почти не тряслось, как в эпилепсии, осело, и из глаз текли слезы. Моя душа была и здесь, и там, и вне всего. Все происходило само собой без усилия.
Я полюбил даже этот мир и всех существ в нем, у меня текли слезы. Я просто был счастлив от того, что существует такое сострадание. Я просто принял весь этот мир и стал его спасением. Без усилий опустился столб бело-голубого цвета, и в него начали влетать и втягиваться те, кто уже был готов к этому.
Они все еще продолжали быть бессознательными, но теперь я уже не спрашивал. Они не были мной, а я был осознанностью, способностью к осознанности, а раз смог, значит готов. Они поднимались вверх, я интегрировался с ними и обнимал их, ведя до уровня, где уже была возможность и способность к проявлению энергии внутреннего самосознания. Я оставлял их и возвращал полноту своего внимания в своем адском теле. Спонтанно, вне логических последовательностей, проявлялось и углублялось самоосвобождение — это была не способность, а мудрость. А я знал этот мир, я понял нереальность и реальность его.
Я понял, что без сострадания просветление невозможно. Вернее, я всегда это знал, предполагал, а сейчас узнал, как говорится, до мозга костей. Настоящее единство, недвойственность проявится, когда пожертвуешь даже отречением и сердце просто — и без ума — и тогда проступят ясность и мудрость.
Потом я был в мирах животных и в мирах уродцев и телесных, и духовных. Открывая для них и в них свою душу со всем потенциалом осознавания. Я открывал в них самого себя, так я узнавал самого себя и свою мудрую и совершенную природу. В ней есть и дурашливая игривость, и по-детски удачная шутка на шикарном покрывале, и она наполнена бесконечной глубинной чистотой и простотой. Самое прекрасное — это то, что она во мне даже в этих мирах и в этом мире.
Позже, в последующие дни ритрита, когда проявлялись плоды практики тех наставлений, которые дал Гуру на ритрит, у меня были опыты изменения видения других миров. Например, я видел состоящих из золотого искрящегося света мышей и крыс, также зверей и монстров с телами из чистого хрусталя.
Такие опыты меняют отношение к миру. Сейчас в моем сознании можно сказать немного умственного подхода к практике в том смысле, что формулы сущностных наставлений применяются больше не через интеллект, а через безошибочность состояния и естественную сущностную интеграцию, но я постоянно читаю молитвы.
Правда, слово «читаю» настолько топорно. Молитва — это совершенная распростертая чистая лила, это искренняя божественная формула проявления самого сердца через непосредственное раскрытие реальности с относительным и абсолютным. Это когда видишь, как абсолютное проявляется через относительное, и поешь в экстазе об этом. Это бессмертная чистая песня тела, души и сознания. Молитва — это совершенная практика иллюзорного тела прямо сейчас.
Еще в молитве есть нектар, который единственно меняет и трансформирует. Этот ключ выхода из ума через правильную дверь, а чтобы она не остановилась в голове, ей поможет бесконечность чистого бесхитростного сострадания. Тогда нет личности, и я сама молитва, и это совершенство, и в таком виде можно идти простираться к стопам Гуру, пока остается выбор.
Ом, да будут счастливы все души во всех мирах. Да осознают все души свою истинную природу единства и света. Ом, шанти, шанти, шанти.
Материализация мыслей и осознанные сновидения
«Также начинаю видеть, что с какой бхавой я думаю о других, так они и проявляются для меня. Начинаю чувствовать важность экологии мышления, внимательного мышления, осознанного мышления, ведь я выдумываю свою вселенную.
Я шел в сновидении, и на пути возник забор из металлической сетки — его натянули рабочие в оранжевых касках, которые возились и что-то делали за ним. Все обходили этот забор, но у меня возникла мысль: «Чего его обходить, это же сновидение». Я решил поозорничать и перепрыгнуть этот трехметровый забор прямо на глазах у рабочих. Я начал отходить для разбега, и в сознании проскочили зародыши мыслей: «Ты уверен, что это сон, ведь зацепишься и разобьешься», — но они тут же растворились, не сбив осознанности, я побежал.
На бегу я начал ощущать, как сновидение начинает размываться и ускользать, но, усилив осознавание каким-то быстрым, очень быстрым внутренним импульсом, я стабилизировал сновидение и взлетел над забором. Приземлившись, я как ни в чем не бывало пошел дальше, ощущая на себе взгляды недоумевающих рабочих.
Дальше сновидение помнится, но не было такой яркой осознанности — я заигрался. В осознанном сновидении чувствуется то же самое, что и в осознанном бодрствовании — величие и независимость. Все чудесно, иногда чудесность заслоняется, но есть понимание, что все просто по невнимательности. Ум позволил появиться нечудесности на фоне чудесности, но и это чудесно — чудесно все.
Гуруджи, а ведь я на самом деле творец, и не потому, что так говорите вы или священные тексты — вы так говорите, потому что я творец на самом деле. Ом, шанти.
Еще один опыт, который получен словно откровение божества. Он не является плодом моего воображения, внутренних данных, иллюзий и моих мыслей. То, что в нем описано, не почерпнуто мной из размышлений на ту или иную тему. Подобно тому, как пишут стихи — это была передача мощной энергии изнутри и снаружи, которую не могут породить обычные духи. Это была мощная бхава не человеческого существа в положительном смысле этого слова, и в этом состоянии мой ум не работал. Это была мощная передача сознания (шактипат). Ум не действовал — если вы видели, как по телевизору, словно телевизор включен, но пуст и горит серый экран, а снизу экрана белая полоса, и по ней бегут слова «реклама», так и у меня было. Я был пуст, и внутри меня, моего сознания, пошли строчки телепатической информации, и я принудил ум взять ручку и записать это, так как ум был отключен и покидать этого состояния вовсе не хотелось.
Вот содержание того, что было передано посредством милости:
«Свами Вишнудев — это настоящий Гуру, ки-джай высшей милости, вашей милости, вечное бытие и сознание, шанти вам, храни мое сердце в чистое восприятие, чтобы я растворился, утвердившись в Атмане. Храни тебя милость, бесконечный океан любви и света, ки-ки-ки. Слова здесь теряют силу, растворяясь в свете твоего сострадания, я есмь вы и вы есмь я, из глубины сердца, я слышу — это звук мой дорогой, нет наш Гуру Ринпоче, пусть нектар ваших стоп озаряет сердца всех живущих, пусть сотрется различение на «я» и другое, пусть мы, общаясь друг с другом, будем видеть себя, не брезгуя формой».
За умом пустота, нирвана. Мое «Я» — это все. Любовь во всех — это есмь вы, а я неотделим от вас. Дальше ум, а за ним ничего, я — это просто любовь, помоги потерять себя. Чувство маленького «я», эго, обособленности принудило ум записать это, так как ум был отключен. Ом, шанти, джей Гурудев, джей Три Сокровища!»
Видения и мистические опыты
«Идя просто по дорожке, на уровне аджна-чакры развернулось пространство белого цвета, лунного и мягкого. Обратив внимание, я начал на него смотреть и увидел сидящего в падмасане Шиву бело-пепельного цвета с полуприкрытыми глазами и всей атрибутикой. Когда я начал сканировать его своим восприятием, он приоткрыл глаза. Они казались глубокими, бездонными и большими. Взгляд был воплощением покоя и безмятежности. В этот момент я почувствовал, как мое сознание просто меняется, исчезая в этой мистической бхаве, и образ Шивы начал надвигаться на меня. Мой ум начал проваливаться в него, я остановился и оттянул сознание от этого процесса поглощения, так как он просто захватывал. Я сказал себе: «Стоп — это все мой ум, это мое сознание, так что продолжай удерживать сознание и иди себе по тропинке, не захватывайся видением».
Иногда, просто идя по улице, слышатся мелодии, подобные бхаджанам — они космические, пространственные, играя, переливаются звуками, плавно переходя тонами и мелодиями. Слышатся звуки над головой, чуть по сторонам или сзади. Иногда внутри головы или где-то вообще из тела. Хорошо слышатся, когда тело двигается; когда оно в покое, то звуки переходят в почти незаметные шумы.
Трансформации в сновидениях
«В сновидении находился в темной комнате, подвальном помещении. Виднеется окошко, сквозь которое пробивается свет. Подойдя, увидел, что его размеры малы — голова упирается, чтобы пролезть. Решил найти выход — пошел в темноту. Найдя на ощупь дверь, выходящую из комнаты, увидел, что дальше еще темнее. Чувствую, что могу потеряться в этой темноте, не найдя выхода и потеряв себя, возвращаюсь к окну. Понимая, что все это иллюзорно, пытаюсь пролезть сквозь это окно, но стена твердая и никак на мое «не верю» не поддается. Это немного меня задело, и, собрав всю силу и все свое «не верю», отошел в сторону. Я разбежался и с этим намерением и бхавой прыгнул в узкое окно, проскользнул. Мое тело стало подобно ртути, оно светилось и было бесформенной массой. Я вылетел прямо в воздух и завис, принял форму тела. Вис в воздухе, смотря на дома под собой. Чувство радости за еще одну маленькую победу в плане силы намерения и самоосвобождения от энергии иллюзии.
Я в большом дворцовом зале высотой более пяти метров, проходы как огромные арки, легкие золотые и серебряные цвета узоры. В центральную арку входа шагает, маршируя, армия в несколько шеренг — их очень много. Все как один в латах, в доспехах, сияют золотом, похожие более на роботов-андроидов, но это доспехи. Сзади меня люди, кто куда и кто как, часть которых пытается скрыться. Я офицер, потерпевший поражение, мне нечего делать, я как у разбитого корыта, мне некуда идти, я просто смотрю с восторгом и шоком на эту армию. Мне незачем бежать, так как я знаю, что мне ничего не сделают — там нет такого, как плен, мародерство, я просто буду как офицер в отставке. Сильное чувство реальности, возвышенное чувство пространства того зала и силы этих воинов.
Космодром типа Байконура, центр управления полетами. Очень серьезная и ответственная атмосфера, много автомобилей вокруг с важными начальниками, генералами и их секретарями, военными в погонах. Что-то тестируют, технические специалисты вокруг, снуют рабочие из обслуживающего персонала. Ракета-носитель нового образца с современным дизайном корпуса готова к взлету. Этот взлет как-то связан с моей медитацией, но я еще не совсем понимаю как. Объявляется получасовая готовность к старту, идут доклады по громкой связи из разных отсеков и отделов. Я слышу, как идут доклады: проверить все системы жизнеобеспечения, проверить бортовое оборудование, проверить систему навигации. Центральный канал к полету готов, левый канал к полету готов, правый канал к полету готов, дыхание в норме, уровень праны в норме, созерцание в норме, степень отрешения нормальная — и далее так по каждой чакре, каждому каналу, аспекту сознания.
Я только начинаю понимать, что ракета-носитель, стоящая на стартовой площадке — это не совсем ракета, а центральный канал, и полет в космос — это будет самадхи. Объявляют трехминутную готовность, все покидают стартовую площадку. Через три минуты гул, вибрация, вспышки из-под сопла, ракета медленно поднимается в воздух и несется ввысь, выше и выше за облака. Открывается вид на землю, чернота космоса, луна, я ликую, я лечу. Одна за одной отстреливаются ступени, скорость нарастает очень высокая. Мелькают планеты солнечной системы, выход за солнечную орбиту — на орбиту галактики. Огромное пространство, мириады звезд, естественная шамбхави-мудра. Голос из центра управления полетом: «Такая-то минута полета. Полет нормальный». Корабль успешно вышел на расчетную орбиту, и пустота космоса, небо, сияющее звездами, огромное и невероятное со всех сторон».
Интеграция мистических опытов
Мистические опыты для садху, который практикует, становятся естественной частью его жизни. Самое главное — как его сознание эти опыты воспринимает, объединяет со своим состоянием, интерпретирует. Каково сознание воспринимающего эти опыты — больше оно этих опытов, равно или меньше.
В случае, если сознание меньше, чем опыт — опыт затягивает душу. Это значит, какой-либо конкретный мир, конкретная энергия получает власть над душой. В случае равенства этот опыт не затягивает, но он и не растворяется, не освобождается. В случае, когда сознание видящего преобладает, его брахма-ахам-бхава, его широта и сила — этот опыт растворяется в потоке сознания до своей природы, внутреннее смешивается с внешним.
Когда внутреннее и внешнее смешиваются, когда внутреннее сознание чисто, пустотно и светоносно, и его сила такова, что любые внешние переживания при интеграции могут в нем раствориться, если растворение происходит, переживаются высшие таттвы. Внутреннее смешивается с внешним, обретается единый «вкус», обретается переживание недвойственности.
