Комментарий к тексту «Сутра. Вопросы Мелинды»
«Почтенный Нагасена, ты говоришь, что у Нирваны есть три общих свойства с пенкой в растопленном масле. Каковы три этих общих свойства у Нирваны с пенкой на растопленном масле?»
«Как пенка на масле, государь, на вид приятна, так же точно, государь, достоинства Нирваны на вид приятны. Это первое свойство, государь, общее у Нирваны с пенкой на масле. Затем, государь, как дух, что идет от пенки на масле, обонять приятно, так же точно, государь, добродетельный дух, что идет от Нирваны, обонять приятно. Это второе свойство, государь, общее у Нирваны с пенкой на масле. Затем, государь, как пенку на масле вкушать приятно, так же точно, государь, Нирвану вкушать приятно. Это третье свойство, государь, общее у Нирваны с пенкой на масле. Таковы, государь, три свойства, общие у Нирваны и пенки на растопленном масле».
Пенка на масле символизирует принцип энергии, блаженства, работы органов чувств. Нирвана (естественное состояние) переживается в самом центре восприятия, связанного с органами чувств. Органы чувств работают в режиме: «хорошо», «нейтрально», «плохо». В самом центре переживания «плохо», в самом центре переживания «хорошо», в самом центре «нейтрально» находится Нирвана.
Однако сами факторы «нейтрально» и «плохо» указывают на то, что состояние Нирвана (естественное состояние) не воссоединилось с нашей познающей активностью. Оно находится в скрытом, латентном состоянии в глубине нашего «Я». Поэтому существует дуальность или триада: «хорошо», «плохо», «нейтрально».
Когда же естественное состояние выходит на передний план из скрытого латентного состояния, излучающаяся ясность (Атма-спхурана) так изменяет восприятие любого органа чувств, что «плохо» и «нейтрально» уходят, остается только «хорошо». Либо так можно сказать: «плохо», «нейтрально», «хорошо» интегрируются в мандалу естественного осознавания, и видится как игра божественных энергий. То есть дуализм, дихотомия: «плохо-хорошо», снимается. И то, и другое – это одно, а если это одно, то это уже игра, это не принципиально. Вследствие разделения были страдания, но когда дуализм снимается: «плохо», «хорошо» – есть такая энергия, есть такая, но и то, и другое божественно.
Когда мы погружены в глубокое созерцание, это не означает, что мы не испытываем никаких плохих состояний, например, мы наступим на колючку, и нам будет хорошо, ничего подобного, вы можете наступить на колючку и завопить. Но это не означает, что в глубине души вы будете страдать. Может быть, ваш ум будет вопить, тело испытывать боль, а в душе вы будете блаженство испытывать, вы будете не против этой боли.
Был известный случай с мастером дзен. Он как-то сказал: «Я скажу скоро великое слово дзен, так что его все услышат». Никто ничего не понял. Затем напали разбойники на монастырь, и этот мастер в драке с разбойниками был убит. Оставляя тело, он очень сильно завопил, так сильно, что чуть ли не стены сотряслись. Это многих поразило. Они думали: «Такой великий мастер, а ему тоже больно, вот как кричал в страдании». Но они не поняли. Он же сказал, что я скажу слово дзен. Это был его способ дать свою последнюю передачу, возможно, он выбрал такую игру.
Вы можете переживать различные состояния, ваше тело может мерзнуть, но в глубине души, если вы находитесь в присутствии, вы это не отвергаете, вы не против этого, это нормально, это часть игры. Если раньше вы думали: «Как холодно, темно...», то теперь вы думаете: «Как здорово, темно, холодно!» Для естественного состояния это высший драйв: если просто светло, все красиво, даже как-то неинтересно. А это просто драйв: вы только углубляете присутствие. То, что было плохим, перестает быть плохим, и вы принимаете любые переживания.
А тот, кто этого не понимает, кто цепляется за хорошее, отвергает плохое, боится его, тот сам себя наказывает, обедняет себя, он думает: «Вот это хорошее, это мне надо. Плохое мне не надо». Но это просто другая сторона жизни, вполне полноценная. Они закрывают себя от расширения сознания, потому что сознание расширится только тогда, когда вы обе части научитесь принимать. Это не означает, что надо искать плохое, думать: «Как бы мне что-то испытать», нет. Это тоже неправильно. У нас есть общая концепция, и мы должны настраиваться на хорошее. Но разные неприятные вещи сами по себе приходят, их достаточно. Вопрос в том, чтобы их не отвергать, уметь интегрировать их и быть с ними в правильном объединении.
Нирвана как горная вершина
«Почтенный Нагасена, ты говоришь, что у Нирваны есть пять общих свойств с горной вершиной. Каковы пять этих общих свойств у Нирваны с горной вершиной?»
«Как горная вершина, государь, вознесена высоко, так точно, государь, Нирвана вознесена высоко. Это первое свойство, государь, общее у Нирваны с горной вершиной. Затем, государь, как горная вершина недвижима, так же точно, государь, Нирвана недвижима. Это второе свойство, государь, общее у Нирваны с горной вершиной. Затем, государь, как до горной вершины трудно добраться, так же точно, государь, до Нирваны всем, кто имеет аффекты, трудно добраться. Это третье свойство, государь, общее у Нирваны с горной вершиной. Затем, государь, как на горной вершине никакие семена не прорастают, так же точно, государь, на почве Нирваны никакие аффекты не прорастают. Это четвертое свойство, государь, общее у Нирваны с горной вершиной. Затем, государь, как горная вершина далека от гнева и пристрастия, так же точно, государь, Нирвана далека от гнева и пристрастия. Это пятое свойство, государь, общее у Нирваны и горной вершины».
«Отлично, почтенный Нагасена. Да, это так, я с этим согласен».
Нирвана как истинная Сахаджа-стхити далека от гнева и привязанности, то есть от приязни и отвращения. Поскольку такая работа сознания характеризуется сильным фактором двойственности: к одному привязываюсь, другое отвергаю, одно люблю, другое ненавижу. Это происходит из-за того, что нет единого «вкуса», целостного интегрирующего осознавания. Когда привязан, и у меня забирают то, к чему привязан, гнев возникает; когда получаю то, к чему привязан, возникает радость.
Когда же утверждение в Уме, подобном пространству, происходит, все это сглаживается. Соответственно и чувства не так сильно взбудораживаются. Если гнев возникнет, то ненадолго и маленький. Если привязанность возникнет, тоже маленькая и ненадолго. А в общем все очень ровно, целостно и легко. Вы чувствуете, как будто вы по-настоящему стали свободными, никаких проблем. Трудно чем-то вас омрачить или привязать. Вы целостны, в самом себе постоянно находитесь, и это радостно. Вы не безжизненны, не закрыты и не замкнуты, но у вас никаких потерь энергии нет.
Но Нирвана недостижима, когда мешают аффекты, то есть клеши, омраченные, беспокойные состояния ума.
Как говорится, «естественное состояние так близко, что в него даже трудно поверить, оно не далее собственной ладони». Но поскольку оно тонко, а грубые состояния ума постоянно сбивают, его трудно найти. Вновь и вновь надо просто усмирять ум, вглядываться внутрь себя, не искать причины во внешнем и обнаруживать в центре любых движений сознания это состояние, ведущее к Брахма-нирване.
Природа осуществления Нирваны
«Почтенный Нагасена, вы утверждаете, что Нирвана – ни прошлое, ни будущее, ни нынешнее, ни ставшее, ни неставшее, ни породимое. Допустим, почтенный Нагасена, что некто, истинно делающий, осуществляет Нирвану. Осуществляет ли он ее как уже ставшую или же порождает ее и тем самым осуществляет?»
«Когда некто истинно делающий осуществляет Нирвану, государь, он не осуществляет ее как уже ставшую, не порождает ее, и тем самым осуществляет. Но есть, государь, основа Нирваны, ее-то и осуществляет истинно делающий».
«Не темни, почтенный Нагасена, отвечая на этот вопрос; ответь на него ясно и понятно, с охотой и воодушевлением высыпи здесь передо мной все, что ты изучил. Ведь люди на этом запутываются, повергаются в недоумение и впадают в сомнение. Вскрой этот нарыв, извлеки занозу».
«Есть, государь, основа Нирваны, покойная, счастливая, возвышенная. Следуя наставлениям победителя, истинно делающий ощупывает своей мудростью слагаемые и осуществляет ее. Скажем, государь, как подмастерье следует наставлениям мастера и осваивает своей мудростью науку, вот точно так же государь, следуя наставлениям победителя, истинно делающий осуществляет Нирвану своею мудростью».
«Как же следует мыслить себе Нирвану?»
«Ее следует мыслить себе свободной от бед и напастей, безопасной, надежной, спокойной, счастливой, приятной, возвышенной, чистой и прохладной».
Эта сутра удивительна тем, что она уникальным, очень доступным языком описывает то, что невозможно описать. Нагасена говорит Мелинде: «Нирвана приятна, удобна, хороша на вкус, красива, хотя она за пределами вкуса». Если мы вдумаемся в смысл этих переживаний, то это нечто очень благоприятное. Это действительно так. Потому что все органы чувств возвращаются к своему Источнику.
Если мы искали что-то вкусное, приятное глазу, приятное для осязания, приятное для слуха снаружи, то когда мы реализуем Брахма-нирвану, то есть естественное состояние, все дэваты органов чувств поворачиваются, идут назад, внутрь, и все потоки энергии, циркулирующие от глаз, от ушей наружу, как транспортирующая прана, идущая к объектам, тоже разворачиваются. Они идут к одному центру, и все они находят удовлетворение. Дэваты глаза, любящие форму, находят удовлетворение. Дэваты слуха, ушей, любящие прекрасную музыку, находят удовлетворение. Дэваты языка, носа, кожи, обоняния, любящие прикосновения, запах, вкус, возвращаясь в этот центр, в светоносную пространственную мудрость, тоже находят свое удовлетворение.
Поэтому правомерно сказать, что вот такая прекрасная Нирвана, поскольку все энергии, дэваты, божества возвращаются к своему истоку, и все они полностью удовлетворены. Когда природа Ума созерцается ясно, вы всегда чувствуете такое удовлетворение. Нет ни потерь, ни отрицания, а есть переживающаяся полнота во всех аспектах.
Если такой полноты нет, значит, какие-то дэваты не возвращаются, какие-то потоки циркулирующей энергии не знают, куда им идти, то есть вы не научились их возвращать, возвратным потокам еще нет владения. Допустим, на какой-то чакре энергии двигаются по прежним каналам. Может быть, присутствие не умеет объединяться с муладхарой, может, со свадхистана-чакрой, может, с манипура-чакрой, может, с анахата-чакрой, может, с вишуддха-чакрой, может, на уровне мыслей концептуальное мышление увлекается двойственными представлениями и уходит, тонет, еще не может возвращаться. Но когда мы, не цепляясь, учимся пребывать в присутствии и по-настоящему можем объединять присутствие с энергией именно неконцептуальным слоем, эта энергия чувствует свой источник, начинает возвращаться и чувствует это блаженство от возврата.
Присутствие Брахма-нирваны подобно царю, который указывает путь своим подданным. Подданные функциональны и могут много чего сделать, но они не знают направления. Если им не укажет царь направление могут идти в неправильном направлении или метаться хаотично. Царь своей единовластной властью указывает им это направление.
Путь к освобождению от страданий
«Представь, государь, что человек горел в жарком, палящем огне в целой поленнице дров. Напрягшись, он выбрался оттуда, добрался до места, где нет огня, и счастлив тем безмерно. Вот точно также государь, истинно делающий осуществляет своим подлинным вниманием Нирвану, удаленную от жгучего пламени тройного огня. Здесь, государь, огню следует уподоблять тройной огонь, человеку, попавшему в огонь, уподоблять истинно делающего, месту, где нет огня, уподоблять Нирвану.
Или представь, государь, что человек очутился посреди кучи трупов змей, петухов и людей, в груде туловищ, хвостов и кусков падали и завален в непроходимом завале из трупов. Напрягшись, он выбрался оттуда, добрался до места, где нет трупов, и счастлив тем безмерно. Вот точно также, государь, истинно делающий осуществляет своим подлинным вниманием Нирвану, удаленную от падали аффектов. Здесь, государь, трупам следует уподоблять пять чувственных услад, человеку, заваленному трупами, уподоблять истинно делающего, месту, где нет трупов, уподоблять Нирвану.
Или представь, государь, что человек находился в опасности, дрожал, трепетал, и мысли его были в смятении и беспорядке. Напрягшись, он выбрался из опасного места, добрался до прочного, надежного, твердого, безопасного пристанища, и счастлив тем безмерно. Вот точно также, государь, истинно делающий осуществляет своим подлинным вниманием Нирвану, удаленную от опасностей и страхов. Здесь, государь, опасности следует уподоблять вновь и вновь возникающую опасность рождения, болезни, старости и смерти, человеку, попавшему в опасность, уподоблять истинно делающего, безопасному пристанищу уподоблять Нирвану».
Истинно делающий – это практикующий созерцатель, такое неприятное место, заваленное какими-то ужасными вещами, уподобляется омраченным состояниям, заблуждениям и желаниям, а такое безопасное место уподобляется нахождению в естественной природе, в естественной основе Ума. Обычно в дуалистических религиях Двайты, Вишишта-двайты большое внимание уделяется двойственному поклонению, Бхакти-йоге, ритуальной практике или философии, концептуальному описанию. Но для нас всегда Бог переживается прямо как именно правильное созерцательное присутствие. А форма, проявленная в виде Ишта-дэваты, святых, это его вторичные отражения, манифестации, проявляемые как игра различных тел.
Далее Нагасена говорит:
«Представьте, что человек поскользнулся на грязном, скользком, илистом или тинистом месте, но напрягшись, он очистился от болотной грязи и тины, выбрался на чистое сухое место и счастлив безмерно. Вот также истинный делатель (тот, кто осуществляет осознавание) достигает своим подлинным вниманием Нирвану, удаленную от тины и грязи клеш».
Тине здесь следует уподоблять захваченность славой, почестями, материальными привязанностями, а человеку, который упал в тину, следует уподоблять того, кто занят внутренним деланием. Чистому и сухому месту нужно уподобить Нирвану.
Практический путь достижения Нирваны
Как же достигает Нирвану тот, кто истинно делает? Истинно делающий, то есть садху, ощупывает своим сознанием слагаемые дхармы, то есть все переживаемое. Когда он ощупывает, все, что видит своим сознанием, он наблюдает: страдание, старость, болезнь, смерть и не видит ничего такого, за что можно было бы ухватиться ни сначала, ни с середины, ни с конца. Подобно тому как на раскаленном, пылающем, пышущем железном шаре человек не видит ни с одного конца, ни с другого, ни с третьего ни одного места, за которое было бы ухватиться.
Сансара представляет собой раскаленный пылающий шар. Если вы подойдете, захотите схватить его сзади, найти ручку, или спереди, или сверху, или подложить что-нибудь и поднять его, вам все равно не удастся. Ни с какой стороны у него нет такого места, где его можно было бы взять голыми руками. Везде он видит непостоянство, и вследствие этого он разочаровывается. И тогда не видя, за что можно было бы ухватиться, его сознание отрешается.
Чувствуя, что он обнажен, беззащитен против сансары, он проникается отвращением к сансарному состоянию. Заметьте, отвращение к сансарному состоянию не есть отвращение к деятельности, не есть отвращение к энергии, не есть отвращение к собственно восприятию или внешнему переживаемому миру. Если вы подумаете так, то вы совершите ошибку и будете иметь тенденцию впадения в нигилизм. Когда речь идет об отвращении от сансары, мы именно говорим, что сансара – это не энергия, не деятельность, не восприятие, сансара – это состояние. К нему должно возникнуть отвращение – к сансарному бессознательному состоянию. То есть страшиться надо не восприятия, не деятельности, не переживания, а бессознательного состояния. Йогин стремится избегать бессознательного, неосознанного состояния, состояния отвлечения.
У него тогда появляется мысль: «От этого всего лишь зной и во всем этом много скорби и много страданий. Если бы нашлось такое состояние, в котором нет этого круговорота страданий». Такое спокойное и возвышенное состояние – это прекращение желаний, бесстрастие и пресечение круговорота. Это и есть Нирвана. Когда он устремляется к этому, он радуется, ликует и думает: «Кажется, найдено избавление, кажется, я иду к Освобождению».
Он еще не уверен в этом: «То ли есть, то ли нет. Кажется». Понаблюдав за собой, вы можете делать выводы: «Кажется, я иду к Освобождению». Допустим, прошло три года, чистое видение выросло: «Кажется, я иду к Освобождению». Еще прошло три года, у вас нет нечистых мыслей, есть контроль желаний, есть внимательность и осознанность, чистое отношение к братьям и сестрам по дхарме, возникает чистота, преданность, самоконтроль и осознанность. Значит, вы правильно идете к Освобождению.
Воззрение Лайя-йоги: прямое пребывание в свободе
Чему же учит нас воззрение Лайя-йоги? По большому счету, воззрение Лайя-йоги учит нас прямо пребывать в этом воззрении. Когда, вместо того чтобы думать: «Кажется, я иду к Освобождению», мы сразу пребываем в состоянии «Я свободен».
Состояние: «Кажется, я иду к Освобождению» — это сутра, то есть постепенный путь. А когда мы пребываем в состоянии «Я свободен» — это Ануттара-тантра, принцип Сахаджьи. Потому что Сахаджья не зависит от ваших шагов, это уже полностью просветленное состояние. Если бы она зависела от ваших шагов, то она была бы причинно-обусловлена. А что это за просветление, обусловленное некими причинами, например, вашими шагами. Когда мы понимаем воззрение Сахаджьи, то мы прямо пытаемся войти в состояние не «кажется, я иду к Освобождению», а «я свободен». Прямо сейчас мы входим в это состояние.
Что тогда наступает? Вы по-настоящему начинаете становиться свободными. По мере того как вы утверждаетесь и начинаете признавать это состояние, ваша свобода нарастает. Вы не ставите себе барьер: «Я стану свободным, когда достигну пятой ступени, а когда третьей ступени, нет, не свободен еще». Это все на относительном уровне, я веду речь о воззрении. В воззрении такие мысли недопустимы. Понятно? Если освобожденное состояние обусловлено ступенями, значит, оно имеет какие-то ограничения, но это невозможно.
Это не значит, что не надо сдавать экзамены. Мы ведем речь о воззрении. Считайте это просто как задание, служение (бхакти). Но когда речь идет о воззрении, вы стараетесь войти в это состояние: «Я прямо сейчас свободен».
Вынашивание состояния свободы
Когда вы держитесь: «Я прямо сейчас свободен», бдительны и внимательны, надо просто оставаться в этом и учиться жить с этим, привыкать к этому, то есть не терять голову. Это не значит, что вы думаете: «О, я свободен. Теперь мне надо как-нибудь выразить это. Ведь я свободен». Это неправильно, свободен — и молчи. Двенадцать лет сиди, практикуй, делай служение. Если вы попытаетесь это как-то выражать, проявлять, это может плохо кончиться. Всему свое время. Чтобы эта свобода проявилась на внешнем уровне, надо время.
Обычно ученик достигает Просветления, и Учитель говорит: «Двенадцать лет просто пребывай в этом. Ничего не показывай, не говори о нем, не выражай. Просто живи с ним. Учись им дышать, вынашивая его». Поскольку если начать раньше времени проявлять его, могут возникнуть разные неправильные состояния, сбивающие кармы, препятствия, трудности и прочее.
Вы должны привыкнуть к воззрению и научиться его контролировать, научиться быть адекватными в этом мире. Потому что это очень сильное состояние, оно может быть неадекватным. А вы должны научиться гибко соотносить относительное поведение и абсолютное воззрение. Чтобы не стать, как тот дзенский монах, который собирал кошек, читал им Дхарму и заставлял медитировать, а когда они убегали, бил их палкой. Он понял, что в воззрении люди, кошки — все равно кого спасать. Но это неправильно в относительном измерении.
То есть вы привыкаете к воззрению «Я свободен», но в относительном вы просто продолжаете действовать, как обычно: вынашиваете, воспитываете, пестуете это, как ребенка, когда ребенок рождается, его надо еще многому научить.
Но в глубине души вы не думаете: «Я стану свободен завтра или через двенадцать лет, или может в конце жизни». Если вы так думаете, это не естественное состояние, это что-то другое. А естественное состояние — это когда вы думаете: «Я свободен прямо сейчас», и пытаетесь этот дух свободы почувствовать: широту, распахнутость, безмятежность, внутреннюю силу, и привыкаете к нему, позволяете себе дышать этим состоянием, чтобы оно пропитало каждую вашу клеточку.
