Продолжаем изучать углубленно три главных принципа — шравана, манана, нидидхьясана. Переход от мананы к нидидхьясане, углубление стадии созерцания. Для того чтобы наша созерцательная практика год от года набирала силу, мы должны проделать предварительную работу, например выполнить садхану четырех осознанностей, двадцати четырех аналитических медитаций. Мы должны научиться думать в соответствии с учением, развить юкти, логический анализ, логическое рассуждение на уровне учения. Говоря научным языком — сформировать нейронные связи внутри мозга. Сформировать лексику, синтаксис, дискурс на тему дхармы, научиться говорить на языке дхармы. Когда мы сформировали такую картину мира, следующее, что необходимо сформировать — веру и нерушимость, ответственность за свой выбор, нужна огромная решимость.
Освобождение как высшая ценность
Мы не просто должны думать «хорошо бы достичь освобождения», не плохо и освобождение между личной самореализацией, какими-то удовлетворениями мирских желаний, привязанностями и прочими. Освобождение — это познание Бога, и оно должно занимать в шкале ценностей первое место. Однако когда оно у вас занимает первое место, вы должны научиться как жить с этим первым местом, потому что первое место освобождения по шкале ценности означает, что все ценности остальные отходят на второй план.
Как семейный человек может жить, когда у него на первом месте освобождение? Были случаи — это возможно, но тогда надо научиться этому. И если кто семейный и он не может стать санньяси, например у него есть дети, ему не надо становиться санньяси или есть какие-либо ограничения, то ему надо научиться как жить в миру, грихастхи, карма-санньяси, но с этой первой целью — освобождение. Как быть тайным йогином, как вести скрытый образ жизни, как делать тапасью.
Когда человек становится санньяси, естественным образом он ставит цель освобождения на первое место, и он идет к этому. Он отдает все долги обществу, и общество ему ничего не должно, и он ничего не должен обществу, и он годами идет к своему выбору, принимает ответственность за свой выбор. Мы должны иметь решимость гораздо больше, чем у мирских людей добиться успеха. Мы должны быть готовы годами трудиться ради своего успеха, и мы должны уметь нести ответственность за свой выбор гораздо больше, чем мирские люди ответственны за свои выборы. Когда у нас это есть, то это становится верой.
Правильная решимость без невротичности
Нужна огромная решимость превзойти жизнь и смерть, превзойти двойственность. Нужна решимость, которая бы усмирила наш ум, усмирила наше эго и убрала двойственные представления. Нужна огромная вера, и при этом мы должны правильно воспитать в себе решимость так, чтобы она не стала эгоистическими надеждами и страхами и цепляниями. Если мы просто каждый день будем раскручивать свой ум, но при этом не поймем пустую суть природы ума, мы создадим огромный маятник из прошлого в будущее. Мы создадим огромный потенциал напряжения, и с этим напряжением нам потом придется жить многие годы.
Какой потенциал? «Я хочу достичь освобождения, я буду стремиться достичь освобождения» и жестокая реальность «не могу достичь освобождения по причине кармы». Вам придется затем жить в жуткой неудовлетворенности, страданиях из-за того, что вы создали такой маятник ума и вектор из прошлого в будущее. Это значит, вы сформировали неправильное намерение, неверную решимость — грубую. Вы создали ее из эгоистического двойственного ума и создали определенные надежду и страх в связи с освобождением, как бы такая невротическая решимость, из которой вы не можете раскрепощенно расслабиться, пребывать в естественном осознавании, пребывать в тонком состоянии благодати, поскольку освобождение приходит из благодати. Оно не приходит из невротической решимости.
Святой Рамакришна создал такую решимость, но ничего не получилось. Он уже приступил с мечом к матери Кали и сказал: «Если сейчас не достигну самадхи, не достигну освобождения, отрублю себе голову», пока мать Кали не пришла, не сказала: «Что ты глупый там делаешь?».
Ловушки неправильного понимания воззрения
Путь ануттара-тантры — это создание правильной, не невротической решимости, а правильной решимости, исходящей из природы ума и естественного состояния, но это не значит, что ее не должно быть. Есть другая крайность: вы слушаете какого-нибудь мастера нео-адвайты, и что он вам говорит: «А нет того, кто идет к освобождению. Нет, кто был бы связан. Это все иллюзия, ни пути, ни связанности, ни освобождения, ни Гуру, ни ученика, ничего нет». Вы думаете: «Вот это да! Какое великое учение!», и прав же, если почитать «Мандукья-карику», тексты адвайта-веданты, в каких-то высших аспектах то же самое, упанишады — это же Брахман, а Брахман — единственная реальность, все остальное — иллюзия, ничего нет. Мастер нео-адвайты скажет: «А что ты вообразил, что ты связан?», вы подумаете: «да, что это я вообразил, что я связан, может быть я свободен».
Вы скажете: «А как же достичь освобождения? Я же стремлюсь», он скажет: «оставь стремление к освобождению». Скажете: «Ладно, оставил», — все, будь счастлив. Вы подумаете: «да, пойду займусь бизнесом», оставил стремление к освобождению, и что будет дальше? Вот здесь ловушка, о которой многие не понимают. Стремление к освобождению оставил, но стремление ума наслаждаться кармой не оставил — очень глупо. Отождествление ахам-дехасми (я есть тело) не оставил, круговорот рождения и смерти остался, но вектор стремления к освобождению ушел, потому что совершил хрестоматийную ошибку первого класса. Каждый опытный мастер знает, что это за ошибка — потеря действия в воззрении, то есть получил передачу воззрения, воззрение шокировало так, что парализовались все санкальпы, а ведь они нужны, нельзя без намерения (санкальпы).
Неправильное восприятие воззрения создает представление, как будто бы нет связанности, как будто бы нет проблем, нет ограничений, но карма-то осталась, и ум остался, и прана, и перерождение осталось, и ады остались горячие, холодные, и грехи, и причинно-следственные связи (рнану-бандханы), которые переживать в следующей жизни приходится, остались, а это воззрение никак не поможет.
Иногда даже правильные вещи могут неправильно применяться и не работать или неправильно работать. Но если вы приходите к Гуру классической адвайты, он вам никогда так не скажет, и Васиштха говорит в «Йога-Васиштхе»:
«Тот, кто проповедует о недвойственной пустоте неподготовленному человеку, создает причины для попадания в ад».
Почему? Потому что, потеряв действие в воззрении, такой человек откажется идти по пути освобождения, воспримет в духе нигилизма и даже не сможет накапливать заслуги и возможно создаст причины негативной кармы, а такой человек будет причиной попадания в нижние миры.
Единство воззрения и намерения
Это означает, что мы все-таки должны иметь намерение, мы должны иметь решимость, санкальпу, но эта решимость не должна быть невротическая. Она должна быть правильная, стабильная, ровная, методичная, равномерная, однонаправленная.
Эта решимость похожа на спокойную уверенность, очень сильную спокойную уверенность, когда без надежд и страхов вы уверенно идете к своей цели. Что это за уверенность — это уверенность как постоянное благопожелание себе, как намерение, которое не колеблется ни при каких условиях, которое невозможно сбить. «Я обязательно достигну освобождения в этой жизни. Я стану санньяси, карма-санньяси. Я обязательно достигну самадхи по благословению Гуру и древа Прибежища. Я научусь созерцать, достигну высокой стадии созерцания самоозаренного памятования и замкну круг дня и ночи, достигну стадии рождения. Я реализую высокую ступень земли мудрости, четвертую, пятую, шестую и так далее. Да научусь я глубокой медитации. Да усмирю я свой ум. Да отброшу я свое эго. Да очищу я все свои клеши. Да покорю я свои желания. Да отрешусь я от привязанностей».
Эта санкальпа (решимость) должна воспитываться нераздельно с самоотдачей, нераздельно с природой ума, нераздельно с естественным самоосвобождением, то есть воззрение и санкальпа должны быть вместе, тогда мы преодолеем такую невротическую решимость, исходящую из эго, надежды и страха, и не попадемся в ловушку потери действия в воззрении.
Сила решимости в преодолении препятствий
Итак, такая решимость должна быть, но без надежд, страхов и цепляний, без эго, единая нераздельная с воззрением и созерцанием. Когда у человека возникают препятствия, то, когда у него много решимости, эти препятствия никак ему не могут повредить, он идет к своей цели. Когда решимость слаба — это значит, вера не становится действием, то даже небольшие препятствия могут стать непреодолимой стеной на духовном пути.
Например, я хочу практиковать, но не хватает денег, чтобы приехать. Реальные препятствия да, денег не хватило освободиться, придется рождаться в следующий раз зарабатывать деньги — вот так, препятствия да, но если есть решимость, ты понимаешь, что не в деньгах дело. Ты залезешь в товарный поезд и доедешь, потому что у тебя большая решимость, либо пешком пойдешь по шпалам. Это разница подхода того, у кого есть решимость, и у кого ее нет.
У кого есть решимость, ему нечего терять, потому что он понимает: если он не исполнит главное намерение своей жизни, то вся его жизнь просто пойдет под откос, если он просто не последует за своей решимостью. Он не боится выходить за зону комфорта, он не боится трансгрессии. Но если решимости нет, сразу встает выбор: потерять комфорт или освобождение. Когда есть решимость, можно идти наперекор кармам, наперекор многим проблемам, но когда решимость слаба, небольшие кармы, небольшие проблемы сбивают даже. Когда есть решимость, мы не слишком обращаем внимание на социум, что скажут другие, мы знаем — это дело всей нашей жизни, мы не позволяем никому, ничему влиять на нашу веру, на нашу уверенность и на наше намерение.
Однажды Будда сказал такие слова: «Пусть боги святых небес, пусть Брахма, монахи и священники говорят мне: «О Гаутама, этот путь не ведет к истине», — но Кашьяпа, я не допускаю даже мысли об этом» — это устремленность пробужденного. Когда у нас есть такая решимость, что мы не допускаем даже мысли об этом, и при этом эта решимость не невротическая, не из надежд и страхов, а единая с воззрением и созерцанием, мы по-настоящему способны применять высокие учения ануттара-тантры. Мы способны делать тапасью.
Правильный взгляд на сансару
Но откуда такая решимость появляется? Из-за анализа, из размышления, например из размышления, что сансара согласно текстам и упадешам многих святых подобна огнедышащей пасти, подобна гнезду гадюки и подобна земле людоедов — такие образы сравнения. Когда мы памятуем, что сансара — это небезопасное место, она не предназначена для наслаждений, в ней нельзя расслабляться, как только ты расслабишься, она тебе покажет свою истинную сущность. К ней надо относиться аккуратно, не увлекаться, не потакать, ни в коем случае не потакать. Когда появился шанс достичь освобождения, воспитывать решимость и помнить, что сансара — место небезопасное.
В сансаре нельзя терять много времени, почему? Потому что сначала ты раздумываешь, потом ты развлекаешься, потом ты отвлекаешься, а потом ты уже старый, и ты ничего не можешь. Но одни люди стареют, а другие люди достигают высокой реализации, потому что они правильно использовали отведенное время этой жизни. Если мы понимаем, что сансара подобна огнедышащей пасти, гнезду гадюки, земле людоедов, где счастья днем с огнем не сыщешь, то мы воспитываем правильный взгляд на сансару. Правильный взгляд на сансару означает ни в коем случае ею не очаровываться.
Сансара может быть вовне, сансара также может быть внутри, например можно быть в прекрасном ашраме, в прекрасном окружении, но внутри сансара есть, и эта сансара — наши мысли, оценки, суждения, наше эго, и к ним также надо прилагать бескомпромиссное отношение. Либо созерцание с самоосвобождением, либо очищением мантрой, либо раскаянием, тем не менее бескомпромиссное отношение к внутренней сансаре.
Воспитание правильной решимости
Очень нелегко это делать, но рано или поздно, когда мы воспитываем свой ум четырьмя осознанностями, воспитанием такой решимости, и создаем намерение: «Да достигну я освобождения благодатью и милостью святых древа Прибежища. Да обрету я самадхи благодатью и милостью Прибежища. Да стану я санньяси благодатью Гуру, благословением Гуру и милостью Прибежища. Да научусь я настоящему созерцанию как у великих мастеров благодатью древа Прибежища и милостью Гуру. Да научусь я медитации высокого уровня благодатью Гуру и благодатью Прибежища. Да усмирю я свой ум. Да отброшу я свое эго, да очищу я клеши, да покорю я желания, отрешусь от привязанностей своими силами и благословением Гуру и благодатью древа Прибежища».
Такая решимость, поддерживаемая постоянно длительное время, должна стать нашей второй натурой, естественным волеизъявлением, постоянной решимостью, о которой мы больше не должны забывать ни на миг.
Преодоление ветров кармы
Ум склонен пребывать в праздности, в лени, в рассеянности — это обычное дело. Ум склонен метаться, подвергаться информации, фантазировать, выдумывать, ставить какие-то собственные эгоистические планы и цели, которые направляются ветрами кармы. Ветры кармы дуют то в одну сторону, то в другую, меняются настроения и планетарные конфигурации, но если есть такая решимость, вы почувствуете, что эти ветры кармы больше не властны над вами.
Ответственность за свой выбор
Вера в сочетании с решимостью создает ответственность за свой выбор, и уже на этот выбор никто, ничего повлиять не может. Если ответственности за свой выбор нет или она слабая, то иногда на ваш выбор могут повлиять какие-то обстоятельства, например другие люди.
Бывало, что практикующие практиковали-практиковали, затем они поссорились друг с другом, и один решил перестать практиковать, вообще уйти из сангхи на зло, потому что тот человек плохой и они поссорились. «На зло не достигну освобождения», — кому сделаете хуже? Это как в том анекдоте про лису: дала деньги таксисту, а сама не поехала, обманула всех. Кого здесь обмануть? Всех обманула очень хитрая лиса. Это невозможно, но такое бывает по неведению, когда мы думаем, что ответственность за наш выбор она может зависеть от кого-то, а она зависит только от нас.
Если мы имеем веру и решимость, то мы принимаем сами ответственность за наш выбор независимо от того, кто как себя ведет, кто как думает, что говорит. Мы понимаем: мой путь к Богу он персональный, мы отвечаем за это, никто нас больше соблазнить не может, сбить не может, искусить, помешать, спровоцировать никто никогда ни при каких обстоятельствах, ведь это наш выбор, а мы уважаем свой выбор. Из ответственности рождается уважение своего выбора.
Персональная ответственность сильного садху
Опытные сильные мудрые садху отличаются тем, что они уважают свой выбор, они уважают себя, уважают свой выбор, несут за него личную, персональную ответственность. Персональная ответственность — это означает, я ни на кого не могу переложить ее теперь, я не могу сказать: «Гуру мне не дал просветление, я все хорошо старался, Гуру просто мне не дал просветление», или: «мне помешал сосед, он все время храпел во время махашанти, десять лет я не мог выносить это, медитация не шла никуда», или: «какой-то монах он мешал мне как-то, он сбивал меня постоянно». Мы не можем переложить ответственность, мы принимаем ее осознанно как собственную ответственность, свою решимость — вот отсюда рождается вера и уважение своего выбора.
Когда у вас есть уважение своего выбора, мы всегда знаем: все, что необходимо, у нас есть — учение, тело, ум, праны, каналы, благословения святых, но теперь этим надо самому распорядиться правильно. Подобно тому, как пользователь персонального компьютера он сам ответственен за свои действия, все, что надо, чтобы работать на компьютере, у него есть, таким же образом все, что надо, у нас есть — это наше тело, возможности, учение.
Готовность к практике трех золотых правил
Из этой ответственности мы рождаемся как сильный садху, и такой сильный садху он может практиковать учение трех золотых правил. Три золотых правила не так просты, они могут быть исполнены только теми, кто обладает этими качествами. В «Сиянии драгоценных тайн лайя-йоги» говорится о таких качествах, которые необходимы. Итак, вера, решимость, ответственность за свой выбор.
Почему это так необходимо? Потому что на этапе мананы и перехода к нидидхьясане мы должны будем принять великое решение о пребывании в созерцательном недеянии естественного состояния. Это внутреннее решение, очень внутреннее, очень тонкое, и однажды приняв это решение, мы должны не забывать о нем, держаться всегда его, мы должны работать с ним, мы должны помнить эту нашу ответственность.
Созерцание: вход в другое измерение бытия
«Смотри, слушай звуки, касайся, обоняй, пробуй на вкус, гуляя, сидя или стоя покинь вращение мыслей и не отдаляйся от созерцания одного».
Махасиддха Сараха
Созерцание означает не отдаляться от созерцания Брахмана, Абсолюта через пребывание в природе Ума. Созерцаем мы всегда одного — Шиву, Брахман, Абсолют через природу Ума. Природа Ума подобна линзе, которая способна рассмотреть Брахмана. Медитация, свободная от рассудочности и разделения от чувства делателя — таково созерцание. Воззрение же подобно обширному простору пространства, называется на санскрите «Чидамбарам» на языке сиддхов.
Итак, воззрение обширного просторного пространства и медитация, которая свободна от рассудочности и чувства делателя. Когда мы овладеваем единством воззрения и созерцания — это и есть реализация природы Ума, а это надо запомнить. Когда мы приблизились благодаря такому воззрению и созерцанию, дальнейшая задача — установление созерцательного равновесия — сахаджа-авастха (естественного состояния), пребывание в созерцательном равновесии (самйоге).
Нидидхьясана — это как раз поддержание постоянного созерцательного равновесия. Передача означает, что мы соприкоснулись, вошли в воззрение обширного простора пространства Чидамбарам. Шравана — это значит, мы прикоснулись к этому воззрению. Манана означает, что мы теперь это воззрение делаем своим и переводим в медитацию, делаем медитацию свободной от рассудочности и чувства делателя. Нидидхьясана — это мы держим равновесие. Если вы катались на велосипеде или мотоцикле, понимаете, в чем дело. Особенного ничего не надо делать, но надо очень хорошо заботиться о равновесии. Если вы заботитесь о равновесии, вы далеко уедете. Стоит вам потерять равновесие, вы съедете в кусты. И нидидхьясана — это поддержание созерцательного равновесия.
Вопрос: Гуруджи, получается, от воззрения мы должны получить благодать?
Да, кратковременная вспышка благодати, связанная с переживанием обширного простора осознавания, распахнутости сознания — это кратковременное переживание воззрения. Потом вы должны осмыслить, как это сделать постоянным. Гуру говорит: «Держи ум там-то, не фиксируйся ни на чем, расслабься, пребывай без оценок и суждений». Мы примерно начинаем понимать: «Да, если я так начну делать, я эту вспышку могу продлить или как-то снова пережить». Это медитация, свободная от рассудочности, то есть вне ума, чувства делания. Но чтобы она непрерывно была, мы должны держать созерцательное равновесие. Искусство созерцательного равновесия — это нидидхьясана.
Искусство созерцательного равновесия
Созерцательное равновесие включает в себя наставления, касающиеся неотвлечения. Каковы они? Они просты: «Не отвлекайся, если отвлекся — смотри пункт первый. Не отвлекайся». Как говорят: «Если за тобой даже гонятся семнадцать разъяренных тибетских собак — не отвлекайся». Другие наставления касаются гибкости созерцательного присутствия. Делай гибким, не замораживай чувства, делай гибким созерцательное присутствие, объединяя его с жизненными ситуациями. Когда неотвлечение и гибкость соединяются, мы становимся по-настоящему опытными практиками созерцания нидидхьясаны.
Практикуя, йогин учится непрерывно объединять с созерцанием любые действия, даже самые незначительные. Войдя в созерцание, мы понимаем, что стоит нам только пребывать в созерцании, и все меняется. Глядя на цветок, мы видим, что цветок — это часть нас. Глядя на звезды, мы мерцаем вместе со звездами в бесконечном пространстве. Слыша музыку, мы чувствуем ее не только ушами, но и сердцем, она отзывается в центре нашей груди восхитительным резонансом, и мы плывем вместе с ней, разливаясь и вибрируя в пространстве, постигая, что у всех звуков единый источник (сахаджия). Чувствуя запахи, неважно приятные или неприятные, мы интегрируемся и входим в резонанс с ними, нам открывается бесконечная вселенная запахов, и мы понимаем, как, танцуя, струятся из единого источника мириады тончайших оттенков различных запахов.
От наблюдения к пространству осознанности
Созерцательное присутствие начинается с того, что мы учимся пребывать в настоящем моменте, расслабленно раскрепостив свой ум, отделив себя от мыслей — то, что называют «вне ума». Мы не бежим вперед, не загадываем будущее и отбросили сожаления и цепляния за прошлое. Мы стараемся быть в полноте текущего момента, но мы не просто рассматриваем, как поют птицы или какие звуки происходят. Когда мы так рассматриваем — это просто называется драшта-йога — это начало, но это еще не созерцание — это полнота внимания. Созерцание предполагает, что от внутреннего наблюдателя (свидетеля), от драшта-йоги мы перешли к раскрытию пространства наблюдателя. Наблюдатель должен раскрыться, он не должен оставаться. Наблюдать — это хорошо, это правильно, и иногда прямое введение учителя начинают с того, что указывают на наблюдение. С наблюдателя все начинается, но им все не заканчивается.
Однажды мастер дзен проводил урок в монастыре так: все ученики сели, и он не сказал ни слова, пела кукушка, все слушали кукушку. Кто понял — тот понял, кто не понял — тот не понял, потому что одни были в состоянии наблюдателя, а другие спрашивали, почему он молчит, а что сейчас будет, и они ждали, но они не были внимательными. Урок драшта-йоги заключается в том, чтобы быть свидетелем жизни, а не ее проживателем. Свидетельствование ставит нас совершенно в другую роль. Можно быть видеорегистратором, а можно быть тем, кто на экране суетится, и свидетельствующее сознание открывает в нас сознание как видеокамеры, видеорегистратора, свидетеля.
Наше тело может действовать, наша речь может говорить, но в нас появляется свидетельствующее осознавание. Это подобно тому, как вы сели в зрительный зал в кинотеатре или в театре, удобно устроились и наблюдаете. Поэтому садху учится наблюдать жизнь вместо того, чтобы вовлекаться в ее переживание. Вовлекаться в ее переживание означает снова кружиться по сансарному кругу, но наблюдать жизнь — это уже позиция садху, это более глубокая позиция — свидетельствовать ее.
Однако остановиться на стадии только свидетельствования наблюдения с точки зрения созерцания было бы неверно. Это начало, но это не конец. Затем мы должны исследовать самого свидетеля, и мы должны обнаружить, как свидетельствующее осознавание разворачивается в пространство — в пространство чистой осознанности. Мы должны сменить фокус внимания с суженного свидетельствующего осознавания на пространство. Когда мы обнаруживаем пространство, в котором происходят события и явления, из которого мы свидетельствуем — это уже некое вхождение, это уже некое подобие созерцания. Мы обнаруживаем, что мы не можем его толком описать и выразить, потому что оно вне ума — это признаки вхождения в естественную осознанность.
Касаясь чего-либо или ощущая вкус, мы ощущаем нежную вибрацию, тонкую блаженную дрожь, разливающуюся по телу до кончиков пальцев — это энергия, которая, играя в теле, поглощается в центральном канале (авадхути-нади). Весь мир в естественном состоянии становится чудесным, непостижимым пространством экстатичной игры энергии блаженства и пустоты.
Изменения в теле и восприятии
Когда мы пребываем в свидетельствующем осознавании и понемногу раскрываем свидетеля как пространство, происходят некоторые изменения. Они неуловимые, но постепенно мы обнаруживаем, что эти изменения достаточно значительные. Какие это изменения? Например, частота нашего дыхания уменьшается, длина нашего дыхания укорачивается, дыхание становится менее уловимым. Это указывает на то, что ветры начали подтягиваться и наполнять сушумна-нади. Тело постепенно начинает ощущаться более легким, восприятие словно становится более четким, объемным, контрастным, мысли начинают вытесняться на периферию. Чакры наполняются силой, как верхние, так и нижние, не только верхние, потому что ветры успокаиваются.
Элементы в теле гармонизируются и успокаиваются. Если нет серьезных препятствий, если есть кармические препятствия, то наряду с гармонизацией будет борьба с этими препятствиями, вы будете чувствовать эту борьбу на уровне тонкого или энергетического тела. Вы начнете чувствовать, как элементы вашего тонкого энергетического и физического тела очищаются. Особое состояние свежести и чистоты начнет ощущаться как телом, так и восприятием.
Переживание чистоты и чистое видение
Свежесть и чистота — это характеристики естественного созерцания. Например, существует тантра, где описывается, что это вечно юное, нагое обнаженное осознавание. Чистота означает, что наши клеши растворяются, наши чакры, элементы в теле очищаются, постепенно обнажается пустотность элементов и сияющая за ними мудрость. Существует двенадцать уровней чистоты физического тела. Как говорит Шрипада Валлабхачарья: «Рама имел двенадцатый уровень, а Даттатрея был за пределами всех двенадцати уровней». Эти уровни чистоты — это показатель того, насколько очищены ветры и каналы, праны, чакры и насколько тело обладает нематериальностью. На высоких уровнях чистоты тела, на двенадцатом, одиннадцатом, десятом тело может проходить сквозь стены, отпечатки в камнях оставлять, оно многое может делать, когда оно достигает такого уровня чистоты.
Не все мастера занимаются чистотой тела, но благодаря созерцанию вы можете ощутить особый вкус чистоты элементов тела. Вместе с переживанием чистоты элементов тела вы начинаете ощущать переживания внешних элементов, а также всех явлений. Постепенно открывается чистота всего происходящего, и чистое видение переживается естественно. У нас есть практика санкальпы «Чистое видение», где вы создаете определенную волевую установку видеть мир чисто и тренируетесь, но при правильном созерцании чистое видение неизбежно. Если вы созерцаете, а чистое видение не зарождается, вы должны задать себе вопрос: «В чем проблема? Куда движется мое созерцание?» — потому что чистое видение — это показатель того, что вы правильно созерцаете.
Чистота элементов, которая начинает переживаться, насыщает все тело видением исконной чистоты всех явлений, видением того, что мир в своей основе чист. Иногда, когда я слышу, что о каком-то человеке говорят не очень хорошо, я его автоматически начинаю защищать, я говорю: «На самом деле он хороший. Он божественный вообще, просто вы не видите, а я вижу». При этом он действительно может ошибаться, делать какие-то вещи, но я вижу, что его исконное состояние чисто, его исконное состояние божественно, просто надо добраться до этого уровня чистоты и увидеть под определенным углом зрения.
Мне говорят: «Гуру, вы всегда всех защищаете, а они вот там делают ошибки, там и там имеют такие проблемы, ограничения». Я говорю: «Да, имеют, но в основе-то они чисты, в основе-то они божественны, вы же не будете отрицать это в соответствии с учением». Говорят: «Да, не будем отрицать, но учение — это учение, а мы живем в относительной жизни». Я говорю: «А что это за учение, которое не пронизывает вашу относительную жизнь? Вы должны руководствоваться своей чистотой и в относительной жизни тоже. Более того, если вы им руководствуетесь, ваша вивека (распознающая мудрость) увеличивается, и вы можете видеть и относительную чистоту, и относительные изъяны. Наличие относительных изъянов не отрицает относительной чистоты, и это очень важно».
Трансформация восприятия клеш в мудрости
Примерно к такому видению мы приходим, когда мы созерцаем. Мы видим все ограничения, ситуации материального мира, но мы видим также исконную чистоту элементов и всех событий, явлений этого мира. Постепенно по мере созерцания такая чистота начинает доминировать, а грязь, нечистое видение напротив начинает уходить, вытесняться, и то, что мы раньше интерпретировали как нечистое неправильное, мы оставляем без оценок и суждений, а в нас возрастает исконное переживание чистоты всех явлений, всех качеств.
Например, то, что мы ранее интерпретировали как гордость, мы начинаем интерпретировать как величие божества. То, что ранее мы интерпретировали как зависть, мы начинаем интерпретировать, например, как всесвершающую мудрость или всеохватывающую мудрость. То, что ранее мы интерпретировали как жадность, мы начинаем интерпретировать как естественную игру различающей мудрости. То, что ранее мы интерпретировали как тупость, мы начинаем интерпретировать как игру энергии мудрости великого равенства, связанного с элементом земли.
Мы говорим: «Непоколебим как гора. Это же символ естественной осознанности» — неважно, понимает он или нет. То, что ранее мы интерпретировали как какие-то энергии привязанности или вожделения, мы начинаем интерпретировать как зерцалоподобную мудрость. Все энергии мы начинаем интерпретировать с более чистого видения. При этом наша различающая мудрость не ухудшается, мы видим и относительное, но мы видим глубину, которая стоит за относительным, и понимаем, что эта глубина в своей основе чиста.
Отсюда уходят все сомнения, уходит безверие, по-настоящему пробуждается вера в чистую природу явлений, в чистую природу Прибежища, в чистую природу ишта-деваты, в чистую природу Гуру, Дхармы, Сангхи (Трех Сокровищ) и очень важно — в чистую природу самого себя, потому что не легко преодолеть укоренившиеся представления о нечистой природе самого себя. Если мы не чисты, сколько ни практикуй, ты тем же и останешься. Как ты можешь достичь освобождения, имея о себе нечистые представления? Но когда мы убеждаемся в чистой природе всех явлений, это переносится и на нас самих, и нам легко не просто принять интеллектуально, а переживать эту врожденную чистоту и самого себя, своих пран, энергий, тела, сознания и прочего.
Внезапно мы оказываемся в измерении чистоты, внезапно мы получаем даршан чистоты и видим, что мир в своей основе чист, но проявляется нечистым образом в силу кармического видения миллионов живых существ. Но в нашем кармическом видении он начал очищаться, и мы удивляемся: «Надо же, я не замечал этого раньше, как я мог не видеть. Оказывается, такие тайны, такие потрясающие вещи скрываются, как только начинаешь созерцать». Созерцательное присутствие дает такое ощущение чистоты всех явлений, а если явления чисты, то легко видеть игру божественных энергий. Чистое видение, примененное к закону кармы, причин и следствий, показывает игру всех происходящих явлений. Это означает, что мы сами начинаем ощущать себя божественным игроком в пространстве мироздания.
Однако мы не теряемся в психоделических переживаниях и не очаровываемся ими, вновь и вновь обнажаем любое видение, оставаясь непривязанными свидетелями в самом центре бытия — чистом осознавании. Объединять любые переживания с присутствием — это главный метод практики.
Объединение переживаний с созерцанием
Итак, на стадии нидидхьясаны следует объединять любые переживания с присутствием. Раньше было так, что созерцание было отдельно, а переживание само по себе, теперь наша задача — объединять. Например, мы восторгаемся чем-то. Если мы созерцаем в нидидхьясане, наша задача — раскрыть пространство чистого осознавания и устремить его навстречу восторгу. Мы не имеем права переживать восторг сам по себе. Если мы будем переживать восторг сам по себе, например: «Такая божественная музыка!» — это восторг, но если мы будем переживать восторг сам по себе без созерцания, то мы создаем причину для рождения богами сферы желаний, мира сансары. Либо, если это очень возвышенный восторг — для рождения богами верхнего мира форм, но мы не создаем причины для истинного освобождения. Если мы объединяем созерцательное присутствие с восторгом, тогда это полноценное созерцание, ведущее к освобождению.
Таким же образом, когда у нас приходит уныние, само по себе уныние — это шока, одна из восьми пут (паша), грех даже. Если мы следуем единой самае созерцания, мы не имеем права унывать, не созерцая. Мы можем унывать, но мы обязаны созерцать во время уныния. Созерцать означает наблюдать и раскрывать состояние пространства и объединяться с переживанием. Но если вы созерцаете во время уныния, ваше уныние через секунду проходит. Вы не можете унывать во время созерцания, потому что созерцание — это благодатное состояние, ваше уныние мгновенно меняется на состояние благодати. Поэтому если кто-то видит кого-то в унынии, это сразу вы должны понять — просто он не применяет созерцание, он забыл, запутался в созерцании.
Созерцать означает объединяться с переживанием. Либо вы переживаете вкус чего-либо, либо вы переживаете страх, блаженство, радость, любую эмоцию, любое переживание — вы должны воссоединять с осознанностью, подобной небу. Когда вы объединяете переживание с осознанностью, подобной небу, происходит трансмутация, духовная алхимия, начинается великий процесс.
«Избавляй ум от качеств, делая его чистым. Только то сознание, которое отчетливо проявляется после этого, должно быть целью и завоевываться».
«Девикалоттара»
«Избавляй ум от качеств» означает, что в созерцании нет ума, имеющего качества, не должно быть. Не должно быть имен, форм, концепций, эмоций, чего-либо еще. Созерцание означает, что наша медитация свободна от фиксации, рассудочности и чувства делателя, и само поддержание такого состояния в созерцательном равновесии — это и есть самйога. Тогда мы утверждаемся в великом недеянии, принимаем великое решение и поддерживаем нидидхьясану.
Поддержание такой нидидхьясаны является задачей всей нашей жизни, а также всех последующих жизней. Этим искусством владеют все сиддхи, божества, святые на алтаре, которых мы почитаем, все они знают этот великий секрет. Мы не должны заблуждаться, считая их фигурами, статуэтками или людьми из прошлого. Прежде всего это святые, чей ум подобен небу, полон света самадхи. Все святые пребывают в исконном осознавании, в естественной осознанности, в брахма-ахам-бхаве и в дивья-бхаве, нет ни одного не пробужденного. Именно поэтому они святые, поскольку им известен этот секрет. Если мы стремимся пополнить их ряды, мы должны овладеть этим секретом.
Вопрос: Гуруджи, можно сказать, что на стадии передачи реализована шравана, на стадии зачатия — манана, а на вынашивании соответственно уже начинается нидидхьясана?
Да, совершенно верно, всё так и есть. Если вы перешли к вынашиванию, значит, вы находитесь в потоке нидидхьясаны, и только вопрос времени, когда вы замкнёте круг дня, а затем круг ночи, когда придёт освобождение. Нидидхьясана означает, что у вас всё хорошо, означает, что вы на верном пути, вы уже не свернёте с него, только вопрос времени. Надо продолжать, и рано или поздно освобождение придёт.
Это подобно тому, как вы идёте на Кайлас, и вы доехали до Дарчена и уже на уровне Манасаровара Кайлас виден. Это значит, что вам уже не нужны карты, вы, итак, до него дойдёте, потому что он виден, просто надо идти, просто надо немного времени и терпения. Ещё можно применять искусные средства, которые углубили бы вашу нидидхьясану.
Преодоление препятствий в созерцании
Возникающие переживания, такие как блаженство, ясность и пустота, пытаются увести йогина в сторону. Преодолевая поглощённость радостью, мы прямо смотрим, не оценивая, не комментируя, просто пребывая в присутствии. Если же йогин увлечётся ими, он отклонится в практике, становясь подобным богам, поглощённым состоянием дхьяны.
После того как йогин принял решение, вся практика сводится к поддержанию непрерывной внимательности к созерцанию, то есть любая ситуация становится временем для практики.
Любая ситуация становится временем для практики — это очень важно. Это означает, что в любой момент вы должны себя спросить: «Практикую ли я? Пребываю ли я в естественной осознанности?» — или вас Гуру может спросить: «Где твой ум сейчас?».
Любая ситуация годится для практики означает, что на фоне любого переживания мы должны распознать Чидамбарам, и мы должны себя спрашивать: «Распознаю ли я Чидамбарам?». Что такое Чидамбарам? Воззрение обширного простора пространства. Распознаю ли я воззрение обширного простора пространства (Чидамбарам)? Где Чидамбарам во время еды, где Чидамбарам, когда я засыпаю, где Чидамбарам, когда я иду в туалет, где Чидамбарам, когда я работаю лопатой, где Чидамбарам, когда я разговариваю? Любой момент.
Разумеется, вначале мы будем часто отвлекаться из-за устойчивой привычки ума следовать привычным импульсам (васанам), однако вновь и вновь возвращая ум в естественное состояние, мы пестуем своё созерцание, как мать ребёнка или как садовник растит редкостный цветок. Это похоже на то, как расслабленно парит орёл между облаками и пиками горных вершин — он не машет крыльями, он лишь поддерживает тонкое равновесие, улавливая восходящий воздушный поток. Подобно этому лайя-йогин расслабленно поддерживает тонкое равновесие присутствия, улавливая обнажённое осознавание каждый миг.
Двенадцать санкальп как поддерживающие опоры
Когда мы научились входить в воззрение обширного простора пространства и наша медитация стала свободной от рассудочности ума и чувства делателя, мы приняли великое решение. Нам понадобятся поддерживающие опоры, которые направляют наше созерцание. Эти поддерживающие опоры есть двенадцать санкальп, которые следует изучить и применять их в течение первых двенадцати лет цикла.
Надо хорошо проработать с двенадцатью санкальпами, три из которых — начальные (трайя-санкальпа) являются основой. Если вы создаёте основу из трёх санкальп — санкальпа «Иллюзия», «Сон», «Атма-вичара» и «Пространство», то все остальные санкальпы будут даваться вам легко и естественно. Двенадцать санкальп предназначены для углубления, для выращивания естественной осознанности.
Когда вы пройдёте эти двенадцать санкальп — это двенадцать Шива-санкальп — следующие двенадцать лет следует практиковать пятнадцать Шакти-санкальп. Шакти-санкальпы предназначены для предания силы естественному состоянию для того, чтобы оно могло помогать вам растворять двойственные представления.
Вопрос: Гуруджи, ещё можно так сказать, что самоосвобождённое памятование — это плод шраваны, пустотное памятование — это плод мананы, а само озарённое памятование — это уже плод нидидхьясаны получается?
Можно так сказать.
— Соответственно передача, зачатие и вынашивание?
Да, можно так сказать. Хороший классификатор учения. Да, само озарённое памятование приходит как результат нидидхьясаны. Само озарённым памятованием всё не заканчивается, но нидидхьясана на этом уровне сопровождается само озарённым памятованием.
Мастерство в учении ануттара-тантры
Мы подробно изучаем учение ануттара-тантры, поскольку это наше главное учение, и мы должны стать мастерами в этом. Все учения, все методы они подобны слугам, генералам, министрам, а учение лайя-йоги, сахаджаяны, ануттара-тантры подобно царице, которой всё они служат.
Мы должны стать мастерами в этом учении, поэтому говорят, что мы становимся мастерами не многих методов, а мастерами одного метода, но этот метод самый главный включает в себя всё. Мы можем изучать разнообразные методы, но всю жизнь мы пестуем искусство одного метода — это искусство единой самаи — самого главного. Все же другие методы рассматриваются нераздельными с этим самым главным методом, как свита нераздельна с царём, но царь занимает главенствующее положение.
