Уроки Даттатрейи: Путь к освобождению через отречение и самопознание

Комментарий к тексту “Шримад-Бхагаватам 11.7.32–34. Учителя Даттатрейи, начиная с луны”

Это текст, над которым следует медитировать для того, чтобы избавиться от собственных ограничений и препятствий. Это такая универсальная матрица, связанная с нашими ограничениями, клешами, желаниями, привязанностями, медитируя на которые мы можем находить те же самые ограничения, о которых говорит Даттатрейя и извлекать их у самого себя.

Вивека: различение вечного Света и блеска сансары

Луна. 

"Пребывание и убывание луны появляется благодаря движению времени. И ещё, если мы задумаемся над этим, мы увидим, что пребывает и убывает не луна, а её блеск. У луны я научился, что шесть объектов чувств происходят от тела, а не от Атмана".

“Убывает и пребывает не луна, а её блеск”: блеск, имеется в виду пракрити. Луна — символ чистого недвойственного Сознания. Пракрити присуще непостоянство. Атману присуща нитьятва, вечность. Вивека заключается в том, чтобы отделить блеск пракрити от нитьятвы Атмана. Когда такая вивека набирает полную силу, мы становимся тем, которого называют Парамахамса. Парамахамса — это лебедь, который безупречно отделяет молоко от воды. Считается, что такой лебедь, не каждый, а именно очень редкий лебедь может свободно выпивать молоко оставляя воду, выцеживая его из воды. Вивека означает тончайшее различение, рождённое нашей внутренней аскетической практикой, позволяющей высвобождать свет Атмана в любой ситуации, не смешивая.

Блеск луны здесь олицетворяется мишурой сансары, пракрити, материальным миром, органами чувств, пятью кошами. Но её сущность, которая не меняет свой блеск, всегда вечна и постоянна. Это Атман. Как различить Атман и пракрити? Нужна вивека. Вивека — это свойство сильного чит, Сознания. Нужен сильный чит. Как развить и воспитать такую вивеку?

Необходимы постоянно две вещи: атма-вичара и брахма-вичара, исследование Абсолюта и исследование своего "Я" как части Абсолюта. Необходима также ишта-девата-йога. Благодаря развитой вивеке мы можем узнавать Свет Абсолюта посреди восприятий объектов, чувственных переживаний, концепций безошибочно, подобно тому, как ребёнок безошибочно узнаёт свою мать на оживлённом рынке. Где бы ни был ребёнок, он безошибочно узнает мать и не перепутает её. Самоосвобождение при созерцательном присутствии, разрушающее васаны — это безошибочное узнавание Света чистого Сознания Атмана посреди любых переживаний. Вы должны просто безошибочно узнавать. Вас не должны интересовать почести, слава, богатство, чувственные удовольствия, цепляния и привязанности, то как к вам относятся. Закройте на это глаза хотя бы на 25 лет, просто закройте на всё глаза. Престиж, уважают вас или нет в этом обществе, даже еда, хорошо ли вас кормят или не очень, условия, быт, просто закройте на это глаза, скажите: "потерпи 25 лет". Займитесь безупречным выращиванием вивеки. Только одно это вас должно заботить. Сумеете это сделать, вы будете благодарны за это судьбе, за то, что вам так повезло. Не сумеете, спустя 25 лет, вас будут беспокоить те же проблемы что и вначале. Вивека позволяет высвободить силу чит и отделить себя от блеска мишуры сансары, утвердиться в постоянстве и в вечности. Истинное смирение садху заключается в том, чтобы отделиться от этого мира, от всех его игр, от всех его амбиций, отделиться от собственного мира эго, от всех явлений и просто искать вивеку. Это есть истинное смирение.

Иногда я любил пошутить в 90-х годах, в 99-ом году. Я говорил монахам, что когда вы достигнете освобождения я вас сделаю великими людьми. Когда вы достигнете просветления я всех сделаю важными уважаемыми великими людьми. Некоторые спрашивали: "А кем именно, а как?" Но я не говорил, только смеялся. Наконец, кто-то из монахов очень усердно меня расспрашивал кем же я их сделаю после освобождения, чтобы лучше быть замотивированным практиковать, я сказал: "После освобождения и просветления некоторые из вас будут счастливо мыть посуду, а некоторые таскать воду и рубить дрова, как просветлённые". Некоторые не поняли, а некоторые поняли. Неважно кем вы будете в материальном мире, это совершенно не важно, важно что вы в себе осознаете. Кем быть в материальном мире просто определяет судьба, нияти, а также ваша воля, санкальпа или благословение Шивы, но что вы осознаете — это ваше стремление к освобождению и божественная милость. Поэтому садху никогда не ищет кем быть.

Садху считает, что он родился, получил драгоценное человеческое тело, это уже он состоялся в материальном мире. Он принял монашеские обеты, тантрийские самайи, единую самайю, это и есть его место. Всё остальное, это либо сева, а сева такая, что её нельзя выбирать, севу надо делать так: "кем надо быть тем и стану, где надо быть там и буду служить Богу, Дхарме и Гуру. Это не вопрос кем я буду, это вопрос какую роль в этом спектакле мне доверит божественная милость". Вот и всё.

Искусство самовоспитания и укрощения ума

Солнце. 

"Солнце своими лучами испаряет из земли воду. В соответствующее время оно возвращает воду снова земле. Таким же образом и йог должен принимать объекты чувств без какого-либо рвения или жадности. Когда заблуждающиеся люди видят солнце, отражённое в воде или зеркалах они думают, что существует много солнц, но в действительности солнце только одно, которое появляется в таком множестве отражений. Из этого я научился, что хотя Атман только один, он понимается заблуждающимся интеллектом как множество из-за обманчивости ума".

".

 

Почему возникает желание поговорить с тем-то, увидеть то-то, прочитать то-то, почему бы вам, с утра встали и не осознали "все новости во мне, все разговоры во мне, все образы во мне, я один только и существую" и быть счастлив этим фактом. Очень сложно, потому что ум не поверит этому, скажет "нет, во мне ничего нет, я хочу там получить, там поговорить", потому что ум осознаёт свою ущербность, ум осознаёт своё убожество и ему надо как-то напитаться чтобы чувствовать себя комфортно, надо взять что-то снаружи. Но вивека позволяет жить не на уровне ума, а найти источник этого ума. Вивека — это свойство буддхи, не ума. Когда развита вивека, она говорит: "Ум, иди сюда, вот здесь твоё счастье, вот здесь источник твоей мудрости и силы, смотри в буддхи, покорись буддхи и отдайся буддхи, потому что буддхи черпает божественную милость, это источник твоего счастья, твоей ананды". Садху должен воспитывать свой ум до тех пор, пока он не найдёт источник своего счастья и своей ананды. С умом надо обращаться аккуратно, поэтому святые говорят "бей свинью дубинкой по рылу, но не бей её в пятачок". Ум надо направлять и строго дисциплинировать, но его нельзя ломать "через колено", его нельзя зажимать полностью, убивать, объявлять ему непримиримую войну потому, что он часть вас. Надо его скорее воспитывать мягко, как ребёнка методом привлечения, чтобы ум почувствовал влечение к мантре, созерцанию, садхане, божественному имени, чтобы он отвратился от мирских желаний также мягко и от всей сансары.

Искусство самовоспитания заключается в том, чтобы всё время работать с умом, всё время стремиться измениться. Бывает так, что вначале мы понимаем, что нам нужно измениться, но проходит затем некоторое время и мы это забываем, мы начинаем думать, что вокруг нас кто-то неправильный и ему надо измениться и он причина может быть наших проблем. Либо мы начинаем думать, что мир должен измениться. Но тот, кто должен измениться — это мы сами. Такое изменение возможно, если мы постоянно следим за умом и правильно его направляем, если мы бдительно усмиряем каждый день ум, если мы его направляем к вере, преданности, чистому видению, самоотдаче, самодисциплине, контролю чувств.

От привязанности к единству с Брахманом

Голубь. 

"Я научился у голубя, что слишком большая привязанность или дружба с кем-либо неизбежно приводит к несчастью. Вот история, которая иллюстрирует это. В лесу жил очень красивый и сильный голубь. Он развивал дружбу с голубкой, которая ему очень соответствовала. Их любовь друг к другу была бесподобна. Казалось, что у них два тела с одной душой. С течением времени самка голубя стала беременной первый раз и отложила яйца. Это послужило усилению их взаимной привязанности. Своевременно из яиц стали вылупляться птенцы. Не является ли майя Хари непостижимой даже для великих пандитов, на сколько же менее постижима она для этих голубей. Для той крылатой пары одни лишь те птенцы составляли весь мир. Всякий раз, когда они смотрели на птенцов и их шалости и слышали их ласковые речи, крылатая пара чувствовала гордость и счастье. В один день обе птицы родители улетели в лес, чтобы принести пищу своим птенцам. Пришёл охотник и расставил свою сеть и много птиц попало в неё. Бедные маленькие невинные птички, пойманные в сеть, начали беспомощно кричать. Когда птицы родители вернулись и увидели пустое гнездо, они потеряли сознание. Вскоре однако они пришли в себя и каждый полетел в различных направлениях в поисках птенцов. Голубь мать увидела птенцов попавших в сеть и переполнившись жалостью и любовью к птенцам без размышлений за и против, она бросилась в сеть чтобы спасти их, но она сама тоже попалась в неё и начала причитать. Таков результат безрассудной страсти. Немного позже голубь отец прибыл и увидел ситуацию. Хотя он не кинулся вперёд подобно матери он был переполнен горем при взгляде на свою собственную жену и детей, умирающих на его глазах. Он не мог контролировать свои рыдания и начал громко горестно стенать: "Где счастье мне после потери моей жены и детей? Ради кого мне жить. О, если бы жена или хотя бы один из детей уцелели, к чему жить?" — причитал он. Под тяжестью горя его интеллект стал слепым. В результате он сделал вывод, что лучше умереть и поэтому он тоже полетел в сеть и встретить свой конец от рук охотника.

О, Яду, каков урок этой истории? Когда один живёт в двойственности, вместо открытия собственного "Я" он просто становится жертвой безрассудства и страстей. Человек, который наслаждается в двойственностях не имеет покоя ума и когда он рассматривает сохранение семьи как свою единственную цель жизни однажды погибает вместе со своими знакомыми и родственниками. О, король, этот мир смертных, это открытая дверь к окончательному освобождению, в этом нет сомнения, но мы не должны терять этот шанс из-за ограничения привязанностями".

Истина заключалась в том, что голубка не была голубкой, она была Брахманом. Голубь не был голубем, он был Брахманом. Их птенцы не были птенцами, они были Брахманом. Брахман играл различными энергиями, но в их умах зародилась иллюзия, неведение. Этому неведению подвержены все живые сансарные существа. Мы должны победить это неведение и узнать то, как оно есть, устроено на самом деле. Когда мы это постигаем иллюзии, страдания, беспокойства больше не могут поселиться в нашем сердце. Мы идём уверенно к истине каждый день. Мы приближаемся к великому счастью, которому нет ни начала ни конца. Таков урок Даттатрейи.

Жизнь без личных амбиций

Удав. 

"О, король Яду, несомненно, человек будет испытывать удовольствия и страдания согласно своим прошлым действиям. Они не могут быть предотвращены даже когда он хочет их предотвратить. Он также не может сделать чтобы они пришли, когда он хочет их. Также это истина для других миров. Поэтому бесполезно прилагать усилия для этого или того. Пища не вкусная или сухая, ни много ни мало, приходит предусмотрительно к каждому и надо довольствоваться ею. Если она не доступна, надо просто поститься. Не только это, упомянутое выше равно для сна. Надо всегда оставаться твёрдым преданным собственному "Я". Я научился этому у удава".

Принцип удава, питона, ещё называется аджагара-садхана, не стремится ни к каким целям в этой жизни кроме как к созерцанию Брахмана, служению божественной воле, не преследовать никаких личных амбиций и целей, а отдавать все личные амбиции и цели Богу, Абсолюту, стать совершенно пустым проводником божественной воли и божественной мудрости. Это не означает ничего не делать, напротив, вы можете много делать, но ваша мотивация действий будет совсем иной, вы будете делать как иллюзорное тело Бога, как проводник божественной воли.

Это совсем иная мотивация. Обычно люди действуют или не действуют исходя из мотивации. Вашей же мотивацией будет божественная мудрость и божественная воля. Все плоды и результаты ваших действий не принадлежат вам, они принадлежат Богу. Благодаря такой установке вы сами становитесь принадлежащими Богу. В этом смысл примера удава. Не преследовать личных амбиций в монашестве, не преследовать личных целей, не иметь личных амбиций и целей, никаких иных кроме освобождения в Боге, познание Бога, служение Богу, освобождаться от эгоистичных личных целей и учиться всё предавать Богу и отдавать Богу, становиться совершенно пустым сосудом Бога. Это не означает быть безвольным или абсолютно неспособным к действию, напротив, действия могут быть многообразными и применение воли тоже. Но это означает совершенно иной вектор мотивации, мотивации предания Богу, отказа от плодов и результатов и наслаждение только божественными благословениями.

Искусство внутренней дисциплины и невовлечённости

Море. 

"У моря я научился двум или трём вещам. Даже не смотря на то, что море большое оно не может позволить даже маленькому сухому листочку лежащему на его поверхности находиться здесь. Вместо этого море перемещает его прочь к середине. Если бы море не всегда делало так оно бы к этому времени пересохло подобно баку. Таким же образом, каким бы великим тапасин или йог не был он не должен позволять даже малейшему желанию или агитации входить в свой ум.

"Сейчас пропаганда тоже развита. Нельзя позволять пропаганде входить в свой ум. Уговорам материального мира, пропаганде потребительского образа жизни, рекламе.

"Если он небрежен он не сможет избежать разрушения этим. Поэтому я научился у моря, что нельзя впускать даже малейшее отклонение без какой-либо точки опоры."

Нельзя допускать даже малейшего отклонения. Это очень важный принцип. Трудно не допускать идеально, вообще никаких отклонений в созерцании, самайе, следовании взятым принципам и обетам, но стремиться к этому нужно. Потому что по другому вы не станете садху. Для того чтобы стремиться к этому мы всегда должны следить за своим умом, всегда должны быть бдительными, очищать своё сердце, и первое, что мы должны соблюдать — чистоту самайи. Мы должны возвести чистоту самайи на пьедестал, сделать её внутренним божеством. Сакральный священный дух самайи мы должны очень свято чтить в своём сердце. Четырнадцать коренных обетов должны стать золотыми правилами, написанными в нашем сердце. Взращивание такого чистого духа Прибежища, веры откроет нам возможность для единой самайи созерцания. Тогда прямое введение, прямые передачи, методы аннутара-тантры расцветут в нашем сердце, поселятся и тоже начнут работать. Тогда мы должны возвести на пьедестал ещё единую самайю созерцания. Кроме этого мы должны чтить обязательства и обеты, которые мы принимаем. Мы должны ясно понимать какой у нас статус, какие мы обеты соблюдаем, какие нет, какие есть правила, какие есть исключения, на каком этапе как им следует следовать, а если не понятно, прояснять их. В учении всё ясно, всё прояснено до мельчайших деталей, но бывает мы не всё понимаем. Поэтому задачей является также прояснить как именно применить винайю, самайю и единую самайю в нашей жизни.

Как скрупулёзно действовать? С годами духовной практики, чем более сильный читт, чем глубже наша вивека, тем более искусными мы становимся в соблюдении всех принципов, тем больше мы начинаем опираться на единую самайю осознавания. Единая самайя осознавания включает всё и не допускает каких-либо отклонений.

Почему это так важно? Соблюдение винаи, самайи и единой самайи — это не что иное, как невыпадение из недвойственности и из чистой саттвы, и никогда не прекращающийся процесс трансмутации, алхимической трансмутации преображения раджаса и тамаса. Когда мы так действуем, мы по-настоящему становимся безупречными мастерами. То есть мастера — это не те, которые становятся всё более небрежными, нет. Это те, которые становятся всё более свободными благодаря своему искусству соблюдения многочисленных тонких нюансов учения.

Иногда можно видеть, как святые, мастера авадхуты, достигшие освобождения, ведут себя за пределами рамок человеческих условностей, но это не является их небрежностью, это является их великим искусством мастерства в понимании тонкостей законов природы, дхармы, пракрити, мироздания.

Например, если собака считается нечистой, а Даттатрейя брал собаку в руки, это не значит, что он пренебрегал принятыми правилами. Это означает, что сила его созерцания такова, что из энергии собаки он мог извлекать божеств. То есть это не значит, что он нарушает правила, это значит, что он соблюдает правила на более высоком уровне, чем обычные люди.

Мы также должны научиться такому скрупулёзному соблюдению принципов и самай созерцания, чтобы ни в одном обстоятельстве отклонений не происходило. Когда не происходит отклонений, наше «Я», высшее «Я» знает об этом, наша душа радуется этому, мы чувствуем, как наш внутренний свет, наша внутренняя чистота нарастает. Напротив, когда наша душа омрачается, наши клеши усиливаются, наша душа грустит об этом, а наше высшее «Я» тоже знает об этом.

Мы не можем обмануть нашу душу и наше высшее «Я», они безупречно всё видят, они безупречно знают, когда усиливается тамас, раджас, а когда усиливается саттва и когда усиливается недвойственность. Если мы слушаем нашу душу, то наш Атман изнутри вразумляет нас, и уже нам не нужно внешнее соблюдение — мы знаем, как внутри правильно всё соблюдать. Поэтому мы должны слушать нашу душу каждый раз, чтобы быть уверенными, чтобы наша душа не омрачалась. В этом смысл этих предписаний — защитить нашу душу от омрачений.

«Море очень глубокое. Даже несмотря на то, что это так, не проявляется, не открыт целый ряд организмов, содержащихся в его лоне, или драгоценная жемчужина, скрытая в нём. Много рек впадает в него, тем не менее нет вытекающих. Летом течение воды в реках уменьшается, однако море не пересыхает. Оно не обусловлено временем и пространством. Подобным образом муни не должен выставлять свою силу и выражать свои чувства. Он не должен позволять другим вникать в твоё начало и конец. Он не должен становиться радостным, когда его желания выполнены, не должен впадать в депрессию, когда они не претворяются. Я научился у моря практиковать спокойствие и оставаться твёрдым в своей преданности внутреннему "Я"».

Муни означает мудрец. Здесь Даттатрейя говорит, что он не должен выставлять на показ свою силу и свои чувства. Иногда кажется, что если мы проявим свои чувства, другие поймут нас или обратят на нас внимание, или мы достигнем взаимопонимания, или добьёмся своих целей. Иногда полезно рассказать другим о своих чувствах, открыть помыслы, например Гуру, или в дружеской беседе с братом или сестрой по дхарме прояснить что-то в отношениях, подходах и видении, но это не должно становиться постоянным правилом, это не должно становиться наркотиком, это не должно становиться областью психологии, в которую мы залезли, варимся и никак не можем выйти.

Это скорее временная психотерапевтическая таблетка, но это не наркотик, который мы постоянно употребляем и которым питаемся. Садху должен сдерживать свои чувства, проявлять осознанность и растворять в уме. Садху не нужны психологи снаружи, он сам себе психолог, у него внутри есть замечательный психотерапевт, который исцеляет все его душевные раны, приносит гармонию и спокойствие. Что это? Это его Атман! Созерцание Атмана лучшим способом решает все психологические проблемы.

Сейчас в мире популярна западная психология, есть очень много её направлений: телесно-ориентированная терапия, гештальт-терапия, гипнотерапия, сколько угодно, и все они связаны с областью психологии. Но область психологии не позволяет подняться выше, к Божественному Источнику. Для садху психология должна подчиниться внутренней теологии. Наша цель не психология, а теология.

Теология означает: не важно, что у нас в душе — сорняки или розы, всё отдаём Богу, не важно, что там выросло, и то и другое принадлежит Богу. Она означает, что мы совершенно смещаем акценты на трансцендентное, не важно, чем нас сегодня одарило время, природа и судьба — золотыми монетами или оплеухами, и то и другое подносим Богу.

Самйога: сохранение равновесия и дистанции

Мотылёк. 

«Обманутый ярким светом огня, мотылёк бросается вперёд к свету и сгорает. Также человек, привязанный к красивой женщине с украшениями и кокетливой походкой, поглощается безрассудной страстью к ней без понимания, что этот иллюзорный флирт — способ вовлечь его во вращающееся колесо сансары и скрытой пракрити. Вместо этого он верит, что объят счастьем. В связи с этим он теряет оба — этот мир и следующий — и тонет в невежестве. Таким же образом и женщина, видя привлекательного мужчину, заблуждается и попадает в колесо сансары. Я научился у мотылька, что не должен становиться жертвой иллюзии, созданной органами чувств».

Пребывая в монашестве, следует всегда устанавливать дистанцию между внешним миром, собой и органами чувств. Следует устанавливать дистанцию в отношениях друг с другом, в отношениях между собой и желаниями. Если вы не научитесь устанавливать такую дистанцию, вы будете уязвимы для сансары.

Пока вы не обрели видение всего как игры великой Матери и от стадии отношений в мироздании с пракрити не поднялись от отношений как мирских супругов к отношению как сестры и брата и отношения как к великой Матери, которая кормит своего сына, вы постоянно будете ввязываться в определённые связи и отношения. Эти отношения будут пытаться всегда контролировать вас, даже не то что будут пытаться — они стопроцентно будут контролировать вас через органы чувств и через ум.

Только на стадии отношения как с великой Матерью пракрити, материальная природа, вселенная, называемая Деви Дхама, будет питать вас, а не привязывать, вы не будете поглощаться материальной природой. Поэтому соблюдение дистанции: органы чувств — объекты, друг с другом, ум — концепции, эмоции и чувства — сознание, очень важно для садху.

Например:

• Соблюдать дистанцию между мужчинами и женщинами

• Соблюдать дистанцию между статусами

• Соблюдать дистанцию между умом и мирской информацией

Это настолько важно, насколько можно представить для вашего будущего рождения, для вашего освобождения — никогда не позволять ломать эту дистанцию.

Сансара через органы чувств, через эмоции, даже через мир, других людей будет пытаться вторгаться в ваше пространство осознанности, она всегда будет пытаться ломать дистанцию, нарушать принятые правила, будоражить вашу ясность, снова вас отбрасывать назад. Но если вы умный мудрый садху, вы, пользуясь взятыми обетами винаи, самайи, самодисциплины, всё время будете выравнивать эту дистанцию, вы всё время будете вспоминать: «Я садху, я саньясин, у меня такая-то дистанция». Вы будете почтительно держать пракрити на расстоянии.

Иногда пракрити ломает дистанцию через родственников, через самое больное. Она может говорить: «Помоги нам, мы в тебе нуждаемся, мы тебя любим, приезжай, оставайся, бросай это всё, нам нужны внуки, мы уже старые, кто за нами будет ухаживать». Это сложный выбор, потому что привязанности ещё остались, и мы должны понять, как держать дистанцию и проявить сострадание, чтобы никого не обидеть.

Иногда сансара будет вторгаться через общество, новости, информацию, девайсы, она всё время будет говорить: «Ты часть этого мира, ты должен всё знать, ты должен всё смотреть, слышать, телевизор, новости, девайсы, быть в курсе всех последних вестей». Это тоже майя, вы должны сказать: «Я часть мира, но другого, не твоего, я часть божественного мира, а ты держись от меня подальше, на расстоянии».

Иногда она будет вторгаться через мужчину и женщину, когда могут возникнуть привязанности, и вы должны сказать: «Я не за этим пришёл на путь саньяси, я не ищу друзей, я не ищу подруг. Все друзья и подруги во мне, это божества, моя супруга — Кундалини, мой муж — Шива». Если вы установите такую дистанцию, ваш дух всегда будет свободен.

В тантре есть практики, когда взаимодействуют мужчина и женщина, например, поклонение женщине, стри-пуджа, кумари-пуджа, поклонение маленькой девочке, поклонение на пути вамачары, поклонение на пути дакшиначары. Однако вы не должны сейчас на этой стадии слишком много фантазировать на эту тему, поскольку вы можете утратить свой путь как садху, саньяси.

Эти пути возможны после самадхи, когда вы овладели самадхи, когда ваши иллюзии ушли, вы реализовали турья, то вы исчезнете, а вместе с вами и все ваши привязанности тоже исчезнут. Если же до этого вы будете пытаться использовать, то, скорее всего, вкрадётся ваше эго и захочет использовать тантрические тексты в угоду своим мирским желаниям, и вы снова сильно запутаетесь. Это важный тонкий момент, который тоже надо понимать.

Садху должен держать дистанцию во всём. Органы чувств, любые переживания, эго — всё это будет пытаться ломать дистанцию с вами. Много раз вы можете видеть, как сансара бросает вам вызов и ломает вам вашу дистанцию с миром, сокращает её и хочет войти с вами поближе в контакт. Она хочет проверить вас: «Ну что, вот я, видишь, что ты сделаешь?» Если вы слабы, что не можете принять этот вызов и силой присутствия его преобразить, вы должны уйти.

Это подобно тому, как в бой с сильным боксёром не следует приближаться — можно получить нокаут на всю жизнь, а следует занять тактику: уходить, нырять, уворачиваться и держать дистанцию. Если высокий боксёр, у него длинные руки, надо держать дистанцию, надо бегать от него, не приближаться к нему, не подпускать к себе. Маленькие боксёры, которые ниже по классу, они знают, тренер даёт им установку: «Держи дистанцию, ни в коем случае не сближайся, приблизишься — всё, конец, на ближней дистанции он тебя положит». Поэтому маленький боксёр использует своё преимущество — он быстро бегает.

Вы должны стать таким садху, который быстро бегает от сансары. Потом, когда вы сами станете сильным духовным воином, вы не будете бегать, вы будете стоять на месте, а сансара будет танцевать вокруг вас, она покорится вашему присутствию. Когда вы станете как гора и ваше недвойственное созерцание станет как гора Меру, сансара вокруг вас проявится божественным способом в виде божеств, дакинь, сиддхов, которые будут делать вам подношения, делать танцы подношения, будут делать поклоны восхвалебные, песни, а вы будете недвижимы, потому что вы покорили свой ум и ваш ум стал как Шива, а Шиве Шакти всегда покорна.

Но пока ваш ум не стал как Шива, держитесь от вселенской шакти всегда на почтительном расстоянии и говорите: «Великая Мать, я кланяюсь Тебе на расстоянии» — и убегайте. «Великая Мать, намасте Тебе, я кланяюсь Тебе, но на расстоянии». Это означает, что мы бережём себя, мы защищаем свои органы чувств и держимся на почтительном расстоянии от любых энергий, которые могут нарушить нашу самйогу. Наша задача — поддерживать самйогу, равновесие, вот что для нас главное, пока мы не утвердились в созерцательном недеянии.

Искусство необладания и внутренней свободы

Пчела. 

«У пчелы-медоноса я научился трём вещам. Пчела-медонос с жужжанием двигается от цветка к цветку и питает своё тело. Она всё время понемногу всасывает нектар с цветков, но не становится причиной их увядания. Таким же образом муни должен идти в дом домовладельцев и принимать всё без навязчивости, довольствуясь всем, что ему дают. Пчела собирает нектар почти с каждого цветка. Подобно ей муни должен изучить все священные книги, искусно и быстро схватывая их суть и адаптировать их для своих поисков внутреннего "Я". В добавок к этим двум хорошим качествам пчёлы обладают губительным безрассудством. Они делают мёд и копят его для будущего использования, но человек грабит весь запас после выкуривания и убивает их. Вместо наслаждения накопленным богатством они встречают разорение и смерть. Также муни не должен копить пищу для следующего дня, он должен есть имеющуюся в доме пищу и отправляться дальше в свой путь».

Здесь описано поведение пчелы при изучении учений и состояние непривязанности для садху. Будучи монахами, мы ничего не копим, даже если у нас скапливается какое-то имущество, мы не должны считать его своим — оно считается имуществом сангхи. В некоторых монастырях есть традиция раз в год, когда монахи всё накопленное имущество приносят и жертвуют, затем разбирают, кому что надо. Таким образом они выполняют свой обет необладания, оставаясь без имущества. Потом что-то накапливается снова, потом через год они снова всё подносят.

Мы не должны ни к чему привязываться из материального, если хотим сохранить свой обет необладания материальным имуществом. Мы должны принимать подарки, но эти подарки не рассматривать как свои собственные, а как собственность сангхи. Сделайте себе раз и навсегда такую установку: даже санкхати и курта принадлежат сангхе, чтобы не привязываться, чтобы ум навсегда успокоился.

На самом деле это великое благословение — не иметь связанности материальными желаниями, не иметь материальной собственности. Материальная собственность является камнем преткновения в материальном мире и считается чем-то ценным. Но мы идём в монахи, чтобы действовать наоборот, чтобы от неё избавиться, потому что наше богатство — это прана, чистое созерцание и благословения, связи с божествами, сиддхами, а также способности.

Однажды я встречался с одним известным богатым человеком, олигархом. Он сказал: «Мы, олигархи, с ума сходим по материальному миру, а вы, монахи, как противоположность. Это очень интересно». Я ему пытался объяснить суть дхармы, проблемы необладания, но он так и не смог услышать. Через некоторое время ему кто-то позвонил, он сказал: «Извините, я побежал, надо зарабатывать миллионы». Я подумал: все миллионы перед тобой, миллиарды здесь, но ты не можешь понять. Какова причина этого? Страстная жажда обладания, большие заботы, связанные с материальным миром.

Напротив, когда мы становимся монахами, у нас очень мало вещей — должно быть по крайней мере очень мало, а те, что даже есть, они общая собственность, которой мы пользуемся на время. Такой дух монашества мы должны иметь с первого дня послушничества и всю жизнь. Это залог того, что наша душа свободна от материальных привязанностей.

За пределами желаний и обладания

Слон. 

«Изучая жизнь слона, я научился одной вещи. Слон — очень сильное и умное животное, поэтому его очень трудно поймать. Однако он часто бывает пойман человеком из-за его похотливости. Чтобы схватить слона в лесу, выкапывается яма и закрывается бамбуком, грязью и травой так, чтобы она выглядела как обычная земля. Затем чучело в форме самки слона кладётся на это место, и самец в виде чучела обманывается им, принимая за настоящего слона, и похотливо мчится вперёд к нему. Когда он достигает фигуры, бамбук раздвигается и слон падает в яму. Видя это, я пришёл к выводу, что надо держаться подальше от женщин, чтобы избежать такой западни. Также когда слон следует за слонихой, а другой сильный слон в половом возбуждении видит их, он пытается прогнать другого слона и сражается с ним, пока кто-нибудь из них не погибнет. Видя это, я сделал вывод, что само размышление о женщине опасно. Это также истинно для женщин, как и для мужчин».

 

 

Вор мёда. 

«Послушай урок, которому я научился у вора мёда. Пчёлы строят улей с большим усердием. Вор мёда задумывает выкурить пчёл и своровать мёд. Так сильный грабит у слабых их богатство. Таков мир — справедливый или несправедливый. Поэтому я научился у вора мёда, что если человек скупой и скрывает своё богатство, сам не наслаждаясь им и не делясь им с другими, он рискует быть ограбленным».

 

 

Иногда, когда в Индию приезжают иностранцы, они переживают ряд стрессов и шоков. Один из них связан с денежным вопросом, потому что индусы воспринимают иностранцев как белых богатых сахибов. Раз они белые, приехали из богатых стран, у них хватило денег чтобы долететь сюда, то значит они точно богатые — просят деньги. Просят деньги многие, и это может удивлять. Причём духовные люди, монахи, садху, не монахи, нищие — разные могут быть варианты. Сначала это удивляло и даже возмущало. Бывало так, что люди приезжали в Индию за духовностью, а уезжали с омрачениями, думая: «Вот на мне хотят заработать, здесь одни попрошайки и нищие, какие же они люди дхармы».

Но я в таких случаях говорил: «Поймите, здесь другая культура, здесь к деньгам другое отношение. Деньги здесь не священная корова, это не есть нечто чему поклоняются, как на западе. Деньги, да, это божественная сила, но она должна работать ради Бога и ради дхармы, поэтому попросить эту силу немножко, чтобы она на кого-то поработала, это не считается зазорным. К тому же жертвовать, участвовать в разных проектах дхармы, это дело престижа. Поэтому к деньгам там более лёгкое свободное отношение — хочешь жертвуй, не хочешь не жертвуй».

Но для многих, кто приезжает в Индию, это становится напряжённым вопросом. Например, когда вы договорились с таксопарком, что таксист вас довезёт за такую-то сумму, вы платите в кассу, он вас везёт, но потом таксист говорит, что не хотели бы вы ещё ему дать денег, потому что у него жена, дети и прочее. Монах, с которым я ехал, возмущался, говорил: «Гуру, не давайте, они все выклянчивают, они хотят обмануть, это не правильно, это нарушение договорённости, это несправедливо». Я говорил: «Да, я знаю, это несправедливо, нарушение договорённости, но для нашего европейского ума, а для их ума это нормально. К тому же наша задача делать людей счастливыми, почему ты не хочешь за 200 рупий сделать этого человека счастливым, дай ему денег и всё». Если мы меняем менталитет просто на то, что мы можем сделать людей счастливыми, это перестаёт быть проблемой.

Кроме этого бывают другие виды шока. Например, культурный шок, когда вы встречаете отношение к способу ведения дел, к восприятию времени, к обещаниям — совсем другое отношение. Как это вообще, в голове не укладывается, а это другая культура. Кроме этого вы можете встретиться с пищевым стрессом, когда индийская еда — одни и те же блюда: сабджи, даль, палак-панир, масала чай, каждый день три раза в день и всё очень перчёное так, что есть невозможно. Кроме этого вы можете встретиться с бытовым шоком. Бытовые условия — не то что плохие, просто их нет. Очень много разных сложностей, когда люди путешествуют в Индию, первое время их ум отказывается воспринимать это.

Но когда мы это видим как способ углубить свою веру, отсечь надежды и привязанности и за всем этим всё-таки распознать божественную милость, мы по настоящему чувствуем, что мы становимся садху. Потому что божественная милость от таких вещей не зависит. Они могут быть, могут не быть, но на божественную милость это никак не влияет, на чистое видение это никак не влияет. Тогда мы понимаем, что в Индию мы ехали не за духовными псевдо-наслаждениями, а за укреплением веры, за тапасьей — вот зачем мы ехали в Индию.

Когда наслаждение становится подношением

Олень. 

«Олень приносит в ум чистоту и нежность, их быстрота в беге удивительна, но однако из-за сильной любви к музыке они попадают в руки мясника. Музыка охотника заставляет их стоять неподвижно и слушать закрытыми глазами. Я приобрёл из этого, что если бы отшельник, живущий в лесу, поддавался музыке или танцу, его падение было бы несомненно. Не было ли так потому, что он был очарован музыкой и танцем, что муни Ришьяшринга попал в ловушки танцующей девушки. Таким образом я научился у оленя, что не надо обманываться музыкой или танцем».

Кроме той музыки, которая посвящена Богу — бхаджана, кроме того танца, который является подношением Богу. Индия — это страна танцующая и поющая, поскольку в ней переродилось много гандхарвов. Для гандхарвов это очень естественно, это божества в каналах, которые, допустим, европейским людям неведомы. Когда Свами Кайласанатханандана приехал на конгресс адвайта-веданты в 2010 году, по-моему, он прочитал проповедь и затем в перерыве на конгрессе собралась какая-то группа людей или учеников послушать его, он что-то сказал, а потом сказал: «Ну а теперь давайте потанцуем». Люди пришли такие важные слушать адвайта-веданту, дхарму, а тут такое предложение. Но для гандхарвов это нормально, потому что для них танец — это либо форма камы, наслаждения, либо форма подношения Богу, преданности Богу.

Здесь говорится о танце, пении, как о каме, когда гандхарвы увлекаются камой, их сознание соскальзывает в такие чувственные удовольствия. Если же пение становится бхаджаном, формой упасаны, бхакти, поклонением, и это сопровождается правильным созерцанием, медитацией, это путь освобождения, тантрийский путь освобождения, который позволяет нашу энергию направить к Божественному Источнику.

Есть такой рассказ. Украинская делегация приехала на Кубу и кубинцы спрашивают: «Почему мы не можем ничего создать, ни промышленность, ни построить ничего?» Им сказали: «Ну потому что вы не работаете, вы только танцуете, поёте самбу и митингуете за Кастро, за революцию». Они спросили: «Так что же нам делать?» — «Вам как-то надо начать работать». Они подумали: «Хорошо, тогда мы сейчас же начнём, мы сейчас начнём митинг за работу» — «И вам надо прекратить танцевать самбу» — «Тогда мы созовём митинг против самбы и за работу». Они собрались, начался митинг, выступил Фидель Кастро, он призвал их работать, затем они начали ещё больше митинговать и танцевать «за работу» и снова начали танцевать самбу.

Ум, привязанный к чувственным удовольствиям, переворачивает всё в свою сторону, но искусство тантры заключается в том, чтобы те же самые привязанности поставить на службу Богу. Когда мы поём во имя Бога, наслаждаемся музыкой во имя Бога, объединяясь с присутствием, это пробуждает внутренних божеств и становится подлинной практикой освобождения.

Обуздание языка и внутренняя тишина

Рыба. 

«О, Яду, знай, что из всех органов чувств язык подобен невидимому вору. Муни соблюдает строгий аскетизм, оставаясь без пищи и добиваясь контроля над всеми органами чувств. Они не могут контролировать язык. Это проявляется, как если бы его можно было контролировать легко, но здесь лежит его жульничество. Пока язык должен контролироваться, завоевание органов чувств не полное. Если о языке не заботиться, трудно избежать крушения. Посмотри на рыбу, у неё нет дефекта, кроме непостоянства языка. Это тот бесконтрольный язык делает её добычей крючка рыбака. Так, наблюдая за рыбой, я усвоил важность контроля и подчинения языка».

Контроль над языком лежит в двух плоскостях. Первое — это контроль за поеданием пищи. Мы должны контролировать язык, контролируя поглощение пищи, поглощая её без жадности. Вторая сфера — это контроль речи. Мы должны контролировать речь, зная что и когда говорить и ни пустословить, ни говорить без нужды. Если говорить, то по существу, о Боге и о дхарме, то есть наша речь не должна вводить нас в неведение. Мы должны быть способны легко соблюдать мауна-врату, ограничение речи в ретрите. Самая главная мауна заключается в уме. Если наш ум спокоен и распознаёт свой источник, то контроль языка тоже легко осуществлять.

От желания к бесстрастию и внутреннему счастью

Проститутка по имени Пингала. 

«Пингала была проституткой. Я научился у неё тоже. Я сейчас расскажу тебе эту историю. В славном городе Видеха, столице короля Джанака, жила проститутка по имени Пингала. В один день она была переполнена желанием богатства и похотливых наслаждений. Она стояла как обычно в дверях своего дома, ища любовника, но неудачно. В тот день не нашёлся ни один. Она стояла, ожидая очень долго с ревностными глазами и сильным желанием. Наступила ночь, её ноги стали волочиться, возросла усталость. Когда разочарованная она вошла внутрь, желание выросло снова. Поэтому она не могла оставаться внутри, а пошла в дверь снова. Так, входя и выходя снова и снова, она истощилась физически. Хотя прошла полночь, по-прежнему не нашёлся ни один любовник. Действительно, странны пути божественного. Как результат её истощения, её страстное желание богатства, так же как сладострастных наслаждений, постепенно покинули её. Она даже раскаивалась, что опустилась так низко, и её похоть исчезла. Ею овладело отвращение. Без этого ограничения тела не могут быть потеряны и невозможно достичь состояния бесстрастия. Божьей милостью свобода от страсти зажглась в ней, и она начала заглядывать в себя».

Она размышляла: "Стыдно, какое безумие, фу, фу, не способная контролировать чувства, я горевала полностью, пока ожидала жалкого мужчину, который похотливо желает женщину. Стыдно, убогое желание, что кто-то придёт и сделает меня счастливой, забывая, что Бог, который есть Истина, который вечный и постоянный и который дарует счастье каждому, близок. Я вообразила, если низкий и неправедный мужчина сожмёт это тело, я получу счастье — какой дикий мой ум. О, как я заблуждалась в созерцании этого тела и его красоты. Что есть его истинная природа? В нижней части есть две ноги, подобно колоннам, в верхней части две руки и есть позвоночник, подобный большой балке, соединяющей их, по бокам от него рёбра, похожие на стропила, всё это покрыто кожей. Есть девять дверей, и что выходит из них ежедневно есть ничто, только отбросы. Как упорно я прилагала усилия для красоты этой вещи, называемой телом, какой дурой я была.

Как могу я считать другого человека любовником в этом славном Видехапури, забывая об Ачьюта, который есть форма моего собственного "Я" и природы блаженства и внутренний покой. Эта красота и эти желания и боги, которые дарят их, не будут ли все они уничтожены временем и в конце концов потеряют свои качества. Любовью к этим тленным вещам какое счастье мы можем получить? По этой причине я не позволю себе обманываться нисколько дольше. Считая Шри Хари, благодетеля всего и сущность всех вещей, как самого дорогого мне, я полностью отдаю себя ему. Какое-то похвальное дело, совершённое мною в предыдущем рождении, возможно сейчас принесло результат, и общество какого-нибудь махатмы способствовало созреванию и привело к тому, что милость Шри Хари упала на меня, иначе как могло такое хорошее чувство одержать победу в такой грешной личности как я.

Кроме всего, не все ли виды трудностей осаждали меня до этого момента, а затем появилась беспристрастность, которая явилась причиной такого спокойствия. Поэтому, поскольку это распознавание, которое зародилось во мне, несомненно является милостью Шри Хари, я буду считать его как приказ Шри Хари и изгонять любое желание чувственных объектов и отдавать себя ему одному. Только Шри Хари единственный может спасти личности, подобные мне, которые опутаны желаниями чувственных объектов и которые слепо гибнут в трясине сансары и поддались обману ядовитой змеи, называемой желанием. Шри Хари сам руководит теми, в ком укоренилось распознавание и кто, будучи бдительным, достиг бесстрастия. Он один мой наставник".

Таким образом, когда бесстрастие стало прочным, Пингала достигла необыкновенного спокойствия и мира ума. Поэтому, о Яду, я научился из этой истории Пингалы, что желания — это печаль, а отсутствие желаний — высшее счастье».